Находясь «под маминым крылышком» Надя быстро растеряла свой боевой настрой и расслабилась. К чему суетиться? Мама за детьми присмотрит, из сада заберёт, приведёт, накормит, погуляет. Если малыши заболевали Наде не приходилось брать больничный: с детьми сидела Ольга Михайловна. Стала Надя после работы даже иногда задерживаться. Ведь нужно же было ей личную жизнь устраивать! И с подругой охота поболтать было. Будучи человеком общительным, Надя обзавелась сразу несколькими подругами и часто ходила к ним в гости.
— Надя, ты где запропастилась? — звонит Ольга Михайловна дочери. — Гляжу, нет и нет. Мишутка спрашивает, когда мама придет, да и Алёнка плачет.
— Мам, ну задержусь я, — недовольно сообщает Надя.
— А почему на звонки не отвечала? Полчаса тебе пыталась дозвониться, ты бы хоть предупредила. Ладно. Пойдешь мимо аптеки купи мне лекарство моё, ну ты знаешь какое. Только бери большую упаковку сразу, я тебе денежки отдам, оно дорогое, — просит мать.
— Ладно, — недовольно отвечает Надя. Ведь звонок матери оторвал её от приятной беседы с симпатичным мужчиной… И не только от беседы… Она ещё не сказала ему, что у неё есть дети. Потом как-нибудь. А может вообще не станет говорить. Зачем? Им так хорошо вместе! Замуж он её не зовет и, похоже, не позовет, так зачем ему знать о том, что у неё двое маленьких детей?
С некоторых пор Надя стала считать своих погодок обузой. Этакой помехой своему счастью. И мать тоже раздражала… Что она вечно звонит? Сама что ли не может с ними разобраться? То не знает, какую кофту надеть Алёнке, то какие капли закапать в нос Мишутке. Надоело.
— Один раз живем! — приговаривала Надя, идя к автобусной остановке. На сегодня свидание было окончено. — Неужели я не достойна лучшего?
Но лучшее не спешило появляться в её жизни. Шли годы. Дети подрастали и вот уже Мишутке в школу пора, а Алёнка за ним следом, на следующий год пойдёт. Нужно было подготавливать детей к школе, водить на занятия. И, конечно же, этим всем занималась бабушка.
— Мам, зачем? С детьми в саду занимаются, этого достаточно. Буквы знают, цифры тоже, — злилась Надя.
— Как ты не понимаешь?! Так лучше! Дети адаптируются, привыкают к школе, к классу, к дисциплине, к учителю. Алиса Семеновна замечательный педагог, когда я была на собрании, она сказала…
— Мам. Некогда мне. Я побегу, — прервала разговор дочь.
— Куда? Сегодня ж выходной! Дети спят ещё. То-то я гляжу, вскочила ни свет, ни заря… Я то привыкла рано вставать, а ты вот обычно…
— Ну, надо мне кое-куда, понимаешь? — Надя говорила загадками и старательно отводила глаза.
— Дети тебя не видят совсем, — проворчала Ольга Михайловна. — В сад — я, из сада опять я. Гуляю, кормлю, вожу на занятия.
— Мамочка, ну спасибо тебе большое! Я тебя очень люблю, сильно-сильно, но мне нужно бежать, всё, давай, — сказала Надя и, чмокнув мать в щёку, выскочила из квартиры.
— Стрекоза… — проворчала Ольга Михайловна. — И в кого только она такая?
