— Ты чего тут сидишь?
— Меня мама выставила…
Ирина шла по лестнице в подъезде пятиэтажного дома. Время было уже позднее, десять часов вечера. Она созвонилась с сестрой, нужно было заскочить к ней по делу на минутку, и, поднимаясь на пятый этаж, она увидела такую картину: прямо на лестничной ступеньке в трусиках и маечке сидел мальчик, на вид лет семи, сиротливо прижавшись к шершавой, с местами облупившейся краской подъездной стене, и тихо плакал…
—Ээээ… Света… Там мальчик сидит… Чей он? Может полицию надо? — запинаясь сказала Ирина, едва переступив порог квартиры сестры.
— А… — махнула рукой Света, — Соседский. Привыкли уже. Это у его мамаши такие странные методы воспитания. Выставляет ребёнка из квартиры, в чём есть, хоть в майке, хоть голышом. И сидит. Бывает, что до позднего вечера, пока о нём не вспомнят. Опять, наверное, наказала за что-то…
— Дикость какая-то… И что? Никак нельзя ему помочь? Я так не могу. Сейчас…
Ира вышла из квартиры сестры и опять спустилась на этаж ниже. Мальчик уже не плакал, а тихо сидел, ёжился от холода и немножко дрожал.
— Ты здесь живёшь? — спросила Ира, указывая на дверь, оббитую красным кожзамом.
— Ддда… — у мальчика уже стучали зубы от холода.
Ира решительно нажала на звонок. Дверь открыла элегантная дамочка в шелковом халатике. Вся такая ухоженная, аккуратненькая и на вид совершенно нормальная. Ирина ожидала увидеть маргиналку какую-нибудь с синюшным лицом и в грязной одежде, поэтому на всякий случай осторожно осведомилась:
— Это ваш ребенок?
Хрупкая миловидная барышня как гаркнет:
— Мой! Чего надо?
— Может домой его? Холодно вообще-то и поздно… — нерешительно проговорила Ира.
Дамочка разразилась тирадой, которую щедро приправила отборными ругательствами. Она обвиняла Ирину, да и всех, кто лезет в её семью и учит, как воспитывать детей, в излишнем любопытстве, потому что на самом деле она поступает правильно, ведь сын плохо себя ведёт и его надо воспитывать, вот и приходится, а что делать, раз он по-другому не понимает. А тут каждый второй ходит и советы раздаёт. Попробовали бы сами с таким ребенком пожить, сразу бы узнали!
— Может к психологу его сводить?
— Да что же это такое! — снова заорала дама, — Водила я уже, ясно?! Не помогает. Он воровством занимается! Опозорил меня перед всеми! Пусть сидит, пока не воспитается!
Дверь с шумом захлопнулась и остались Ира с мальчиком на лестнице одни.
— Ну? Как зовут тебя? И что натворил-то такого ужасного? — спросила Ира мальчика.
