Скажи-ка мне, Сима, тебя вообще когда-то слово нет останавливало? Я ведь сто раз говорил, что не хочу детей. Вообще, совсем.
Мне воспитания Димки хватило, и ночей бессонных, и больничных с врачами, и всего прочего. Я больше не хочу через это проходить.
– Сережа, но я же не специально. И вообще, дети — это счастье. Мы справимся. И с бизнесом все решится, не переживай. Зато у нас уже ребеночек будет.
– Сима, — Сергей показался в проеме двери, — ты не понимаешь? У ребенка есть все шансы расти в нищете. Причем это не фигура речи. Наши дела совсем плохи.
Ты со своей беременностью мне вообще не помогаешь. Пришлось нанять приемщицу. Но мне совершенно нечем ей сейчас платить.
И выглядят все твои капризы с рождением ребенка просто как попытки меня добить, вогнать в еще большие проблемы.
У тебя ведь своего ничего нет! Ты хоть думала, что будет, если я этого ребенка не признаю? Поедешь по месту прописки в свою глухую деревню? Примут там тебя, с нагулянным-то ребенком?
Сима закрыла лицо руками. Об этом она вообще старалась не думать. В ее семье один тот факт, что Сергей не женился на Серафиме, уже был позором.
А уж родить ребенка вне брака — да ее отец и на порог не пустит, отправит туда, где младенца нагуляла.
– А вот ты подумай об этом хорошенько. Может и мысль какая родится. Я считаю момент сейчас не для рождения детей. Это уж точно, — продолжал Сергей немного успокоившись. — Тут ты уже сама решай.
Я предлагаю тебе такой вариант. Оставляй ребенка в роддоме, раз аборт делать поздно. Пиши отказную, и я тебя приму обратно.
Если нет, можешь хоть сейчас уходить. Никто не держит. Но признавать твоего ребенка я не планирую.
– Но как же, Сереженька, — закричала Сима, — мы ведь столько вместе, я тебя мужем считала. А ты вот так со мной и нашим ребеночком поступаешь.
– А я предупреждал тебя. Говорил, что мне ребеночек н нужен. Но кто слушал. Сима, я тебе хоть раз обещал жениться?
– Нет, — сникла Серафима, — но как же, меня и родные твои любят, и Димка.
– Да они кого угодно полюбят, если надо будет. А ты себе уже настроила воздушных замков, да? Надумала, что почти жена?
Так вот, Сима. Если бизнес рухнет, не из чего мне будет даже долю твою выплатить. И будем мы выживать каждый за себя.
Я бы на твоем месте об этом думал, а не о том, какое приданое покупать, розовенькое или голубое. В общем, выбирай, я тебе свое предложение озвучил.
Хочешь остаться со мной — ребенка быть не должно.
Серафима лишь молча кивнула. Остаток недели она прожила в доме Сергея. Потом рассказала все его матери и сестре.
Те предложили пожить с ними, пока Сергей не образумится. Но время шло, приближалась дата родов. А мужчина не спешил признавать свою неправоту.
Да и его родственницы уже явно тяготились присутствием Серафимы. Пенсии Марии Петровны и заработка Татьяны на троих явно не хватало.
– Сима, а куда ты после родов с ребенком пойдешь, — спросила ее как-то вечером сестра Сергея, — к себе уедешь?
– А сюда нельзя будет вернуться?
