— Ну что ж поделать, — миролюбиво говорила Варя, держа на руках малышку. — Человек полагает, а Бог располагает.
— Ты родишь мне сына!
— Конечно, рожу. Только не сейчас. Надо поднять этого ребенка, потом рожать следующего.
Рассудительности и спокойствия Варе было не занимать. Очевидно, эти качества характера передались ей от отца.
— Почему суп такой пресный? Есть невозможно, — заявил Федор и отодвинул тарелку от себя так резко, что суп пролился на скатерть.
— Ну, дорогой, ну зачем так делать? Мне работы мало что ли? С малышом едва готовить успеваю, а уж убираться…
— Ничего, уберёшь, — процедил сквозь зубы Федор.
И так всякий раз. Ему всё время что-то не нравилось. И рубашки тоже стал требовать от Вари гладить с особой тщательностью.
— И эта мятая, и эта, — Фёдор вышвыривал из шкафа глаженые рубашки. Он собирался на работу. — Ты их вообще гладила?!
— Конечно, гладила! Просто в шкафу так тесно, что они все перемялись…
— У меня совещание сегодня! Я не могу пойти в мятой рубашке. Гладь заново, — кричал Федор.
Варя клала в кроватку плачущую малышку и хваталась за утюг.
— Почему бы тебе самому не погладить? Или пока дочку покачай.
— Это женские дела, — заявлял Федор, утыкаясь в телефон. — Поживее давай, а то опоздаю.
— Почему ребенок всё время орет? — заявлял Федор в другой раз.
— У Анечки режутся зубки и…
— У меня голова болит! Я пришёл с работы, а отдохнуть не могу.
— Ты мне совсем не помогаешь!
— Я зарабатываю деньги.
— Я тоже буду зарабатывать, как только выйду из декрета.
— Что ты там заработаешь?! Копейки?!
— Ты сам предложил мне перейти на эту работу. Я зарабатывала больше!
— Но ты приходила поздно и ничего не успевала. И была нервная и дерганая. Мне так не нравилось. Стаж идет и слава Богу!
— Тогда не возмущайся. Сам виноват.
— Я?! — изумился Федор. — Что-то ты стала слишком сильно рот открывать.
Ругались они всё больше и больше. В конце концов, Варя подала на развод. Решение это далось ей нелегко, но тогда она уже могла как-то обойтись без помощи Федора и потому решилась. Дочка подросла, могла пойти в сад, а Варя работать. Федор какое-то время насмехался над женой и не верил, что она серьёзно говорит о разводе. Однако потом ему пришлось признать, что она настроена решительно.
Когда Варя развелась с Федором, то испытала неимоверное облегчение. За последнее время он вымотал все нервы. Ей пришлось признать, что тихим сапом муж постепенно лишал её самостоятельности и права голоса. Уговорил перейти на низкооплачиваемую работу. Отвадил от неё всех друзей. Внушал, что она ничего не стоит и без него пропадёт. Очевидно, он и сам в это верил.
Однако самое обидное Варю ждало впереди. Мать отказалась жить вместе с ней и Аней.
— Мам. Но мне некуда идти.
— Раньше надо было думать. Когда с мужем ругалась. Нормальный мужик, чего взбрыкнула?
— Он меня изводил! Житья не давал. Постоянно орал и скандалил.
