Но на дочь что-то повлияло. Она вдруг решила стать «на путь истинный». Так и сказала матери. Тридцать пять лет, мол, мне, хватит. Рома давно о сыне мечтает. Кажется, пора.
Тамара вздохнула с облегчением, однако всё гадала, что это так могло повлиять на дочь?
Вскоре Таисия объявила, что ждёт ребёнка. Рома был очень рад. Буквально стал носить жену на руках, оберегал её и боялся всего на свете.
Выкидыш… За ним второй. Третий. Лечение не помогало. Тая надолго «прописалась» в больничных коридорах. Тамара удивлялась: дочь вела себя, как одержимая — только о детях и говорила. Тогда она и призналась кое в чём. Словом, в тот раз, когда Тая крутила бурный роман с тем красавчиком, от которого едва не потеряла голову, с ней произошёл неприятный эпизод. Тае было нужно куда-то ехать, она приехала на вокзал и вот, словно из-под земли, около неё появилась цыганка. Она не просила никаких денег, не предлагала погадать, а просто молча взяла её руку, посмотрела и сказала, что судьба её ждёт незавидная. И проклятье на ней.
Тая отдёрнула руку, ей захотелось накричать на цыганку и ударить её, но вместо этого она спросила:
— А снять его можно?
Цыганка засмеялась и сказала:
— Да как его снимешь? Ты сама себя прокляла… Тебе и мучиться…
После этого и решила Тая «остепениться». Точнее не сразу после этого. Долгое время спать нормально не могла, всё цыганка ей снилась. Много думала, плакала. Смотрела на безмятежно спящего мужа и ощущала себя последней … Рома — золотой человек! А она… Она всегда боялась наступления беременности и делала всё, чтобы этого не случилось. А теперь? Теперь она мечтала о ребёнке. Но родить она, похоже, не сможет. Доктор сказал, что шансов практически нет.
«Бедный Рома! Он так мечтал о малыше! С самой свадьбы мечтал. А я… Я сама виновата. Права цыганка была!» — Тая совсем перестала спать. Ночь для неё стала лютым врагом. Именно тогда её настигали эти грустные мысли.
Рома подбадривал её, как мог, но было видно, что он сам глубоко несчастен. Тогда Таисия как-то предложила мужу взять малыша из детского дома. Но он наотрез отказался.
— Не надо такого счастья. У моей тёти знаешь, что произошло? Она вот взяла ребёнка, вроде малыш как малыш, растила как родного, а он вырос и чуть не за-ре-зал её, когда она ему денег на «горькую» не дала. Гены, знаешь ли, против них не попрёшь! Оказалось, что семья у него такая была. Мать и отец, оба срок отбывали и не один, рецидивисты…
Рома был не преклонен.
— Уж лучше без детей будем, чем так, — повторял он.
Таисия плакала. Никакие доводы на мужа не действовали. Она показывала ему разную информацию про то, что не всегда так бывает, как у его тёти. Что в детский дом попадают разные детки, что никто от этого не застрахован. Но Рома стоял на своём: нет.
Тамара тоже переживала за дочь и грустила от того, что у неё не будет внуков. Но что она могла поделать? Может и правда дочь сама виновата? Жила ни о чём не думала, порхала как бабочка, а теперь пришла пора отвечать…
