От переживаний девушка заболела. Она вернулась к себе домой и целыми днями плакала. Богдан даже не звонил. Зато чаще звонила мама. Они беседовали по скайпу. Мама была обеспокоена внешним видом дочери и волновалась за неё. Но Дарина заверяла её снова и снова, что это обычная простуда и она скоро пройдёт. К концу недели ей, и правда, полегчало, и в понедельник она выписалась.
Придя во вторник в университет, она тут же нос к носу столкнулась с Богданом. Он крепко ухватил её за локоть и отвёл в самый дальний угол коридора.
— Ты всё ещё беременна? — спросил он глядя на неё в упор.
Не в силах преодолеть подступающие слёзы, девушка затравленно кивнула.
— Если решишь рожать, останешься одна. Я не собираюсь становиться отцом. Имей в виду. Если хочешь и дальше быть со мной, то… Ты знаешь, что нужно сделать. Сама виновата.
Он резко повернулся и пошёл по коридору. А у Дарины подкосились колени и она села прямо на пол, обхватив голову руками.
Дальнейшее она помнит смутно. Самое горькое, что терзало её потом: она готова была пойти на всё, чтобы быть с ним. Как унизительно…
И он об этом прекрасно знал. Потому и пропал на неделю и не выходил на связь. За это время Дарина едва не лишилась ума от того, как сильно скучала без любимого. А теперь нужно было только решиться… Чтобы снова быть вместе. Это было какое-то наваждение…
***
Дарина недолго находилась в роли его спутницы. Кроме того, после всего произошедшего, когда девушка вернулась к нему, Богдан стал относиться к ней, как к вещи. А потом, как к ненужной вещи: когда она написала за него курсовую и стала действительно не нужна. Так и расстались.
Дарина вернулась домой. Мама позвонила и сказала, что приедет ещё не скоро, через два месяца. Она опять была обеспокоена внешним видом дочери, но решила, что это от нагрузки — приближалась летняя сессия.
Но девушке было не до учёбы. Конечно она пыталась прилежно готовиться и сдавала зачёты, но… С тех пор, как они расстались с Богданом, Дарина совсем перестала спать. Могла только урывками прикрыть глаза. Чуть-чуть забыться. Но стоило ей заснуть по настоящему, как ей начинал сниться не рождённый малыш. Он плакал и тянул к ней ручки. Пару раз Дарина даже успевала почти прикоснуться к нему, чтобы взять на руки и успокоить, но тут же просыпалась с ощущением сильной утраты. Она даже не знала, что сильнее её мучило — то, что Богдан ею воспользовался и никогда не любил или то, что пришлось расстаться с ребенком. Она осознавала, что и сама была не готова стать матерью. Тем более матерью-одиночкой. Она помнила прекрасно, как матери было с ней тяжело одной. Они неоднократно разговаривали на эту тему. Так мама, по крайней мере, была уже совсем взрослая, а Дарина… Она была совсем ребёнком. Глупым наивным ребёнком. Только теперь она отчётливо понимала это.
Психика девушки оказалась не готова к таким переживаниям. Ей пришлось пойти к врачу.
