Эля — замечательная женщина 35 лет, симпатичная хохотушка и добрейшей души человек как-то со своей маленькой дочкой угодила в больницу. Так вышло. Ничего особо серьезного, но надо было некоторое время побыть под наблюдением врачей.
В палате, в которую их с Настёной определили, находилась ещё одна девочка, Даша, и она была очень странная. Мало сказать странная, она была как из другого мира. Лежала она здесь без мамы. Почему? — Эля не спрашивала, хотя девочка в принципе была большая, 8 лет, но мама тут была бы очень кстати. Несмотря на свой возраст, девочка вела себя как двухлетка: плохо говорила, не умела есть ложкой, таскала печенье и яблоки, которые лежали в вазочке на общем столе в палате, и прятала их под подушку. Эля много раз говорила девочке, что их можно кушать и никто не заберет, но Даша по прежнему складывала все угощения под свою подушку.
А глаза у Даши были большие и бездонно-черные. Смотреть в них было страшно, становилось не по себе, потому что на дне их плескался страх. Было понятно, что в жизни девочки произошло что-то плохое, то, что сделало её такой и заполнило эти глаза до краёв невыразимой тоской.
Эля усаживала Дашу за маленький столик в больничной столовой рядом со своей дочкой. Учила держать ложку, аккуратно есть, и пить из кружки компот из сухофруктов. Потом они шли в палату, и добрая женщина читала детям сказки — толстенную книгу, которую бабушка подарила Настёне на пятый день рождения. Настёне уже скоро должно было исполниться шесть и она важно учила буквы, старалась сама читать — ведь скоро в школу. А Даша как будто бы разом забыла всё, чему успела научиться за свою детскую жизнь и не стремилась ни к какому учению и играм. Она подолгу сидела в кровати, уставившись в окно, и думала о чем-то своём.
Однажды Эля спросила медсестру о девочке, и пожилая женщина со слезами в голосе объяснила, что Даша здесь проходит обследование перед определением в Детский дом. Её мать написала отказ от родительских прав. Вот так просто взяла и написала. У неё помимо Даши есть ещё два младших сына близнеца, и у одного из них возникли серьезные проблемы со здоровьем, маме стало не до Даши, и она нашла идеальное, на её взгляд, решение.
Узнав, что от неё отказались, девочка и впала в такое состояние. Организм Даши как будто сделал откат на несколько лет, и она превратилась в запуганного двухлетнего малыша, лохматого, дикого, чем-то похожего на Маугли.
Узнав такие подробности, Эля была поражена. В голове не укладывалось, как можно было взять и так просто написать отказ от собственного ребенка? «Как её мать после этого живет-то? Как ест, как спит? С какими мыслями?» — недоумевала женщина.
