— Не позволю, — верещала София Алексеевна, — костьми лягу, а свадьбе этой состояться не дам!
Не ожидала я, сынок, от тебя такой подлости. Ты же прекрасно знаешь, что из-за Вальки твой папа от нас ушёл! Она, чтобы ей там пусто было, набрехала ему с три короба, а Виктор поверил и со мной развёлся!
— Мам, не надо, пожалуйста, эту историю при мне вспоминать, мне неприятно. Мы с Мариной уже довольно давно встречаемся, и поэтому решили пожениться.
Придётся тебе принимать мой выбор. Ты же не хочешь, чтобы мы с тобой поссорились?
София Алексеевна терять сына не хотела, поэтому ей пришлось смириться.
Ещё девять лет назад женщина решила, что обязательно невестку изведёт, вынудит её на развод подать и тем самым избавит сына от «хомута».
Время шло, а Марина на провокации не поддавалась.
***
София Алексеевна крайне неохотно согласилась на переезд невестки:
— Пусть едет к отцу своему, в деревню, — пыталась отказаться женщина, — что, ей обязательно маячить у меня перед глазами и действовать мне на нервы?
Я не понимаю, Миш, зачем ты её сюда тащишь? Переезжай один! Она всё равно не работает, шестой год в декрете сидит, тебя объедает!
— Мам, — Михаил закатил глаза, — ну может быть, хватит? Столько лет мы уже с Мариной женаты, а ты всё никак не уймешься. Она тебе что, жить мешает?
— Мешает, — взвизгнула София Алексеевна, — она мне мать её, проходимку, напоминает. Глаза бы мои её не видели!
— Мам, я не пойму, почему ты Марину винишь? Это же ведь не она тебя с отцом развела!
— От Вальки ничего хорошего уродиться не могло! Яблочко от яблони, сынок, сам знаешь, куда падает!
Марина тоже не горела желанием жить у свекрови, но супруг всё же её уговорил.
Невестка после переезда приложила максимум усилий, чтобы не допустить конфликта.
Лишний раз не пыталась устанавливать свои порядки в чужой квартире, не лезла без спроса с замечаниями и советами, хозяйство практически полностью взвалила на себя.
Даже выгуливать ходила старого пса Софии Алексеевны, но свекровь всё равно была недовольна:
— Сковородку мне испортила, — орала пенсионерка, тряся перед лицом сына древней чугуниной, — ты посмотри, она теперь пригорает!
Миша, у меня сил никаких нет! Пусть твоя Маринка уезжает, она что, специально меня до белого каления доводит?
— Я, София Алексеевна, даже близко к этой сковородке не прикасалась. Уж не знаю, что могло случиться с этой огромной бандурой, я на ней не готовлю.
— Ты её испортила, — причитала София Алексеевна, — нарочно. Специально, чтобы я расстроилась!
— Мама, — попытался погасить конфликт Михаил, — давай мы тебе прямо сейчас поедем и купим новую? Собирайся, выберешь сама.
— Не надо мне новой, — картинно рыдала София Алексеевна, — эта сковородка мне от бабушки досталась, это моя любимая кухонная утварь!
Три месяца, что ремонтировалась квартира, для Марины показались а. дом. Она была готова жить среди строительного мусора, в грязи, лишь бы только больше не выслушивать бесконечных нотаций свекрови.
