— Когда они расходились, Оля еще не знала точно, что она беременна. А потом она пришла ко мне — так, мол, и так…. Почему ко мне? Я ведь деньги на эту комнату давала. А Степан ее продавать собрался.
Оля и попросила… Она из многодетной семьи, ей некуда с ребенком возвращаться. Сказала, что готова сдать любые тесты, подтвердить, что это ребенок Степы, но чтобы ее пока не гнали…
А если оставят жилплощадь за ней, она и алиментов просить не будет. Так что у Оли тоже совесть есть… Ну, мы и договорились.
Родился мальчик, Игорек. Тест на всякий случай сделали, Оля настояла. Да можно было бы и без этого обойтись. Он на маленького Степку как две капли воды похож, такой же рыженький.
Мы собрались тогда втроем: Оля, Степан, я — и решили, пусть мать с малышом пока в этой комнате живут.
А Степан, видно, сынишку полюбил. Он, насколько я знаю, к нему бегает пару раз в неделю. Понянчить, Ольге по хозяйству помочь… Устает она сейчас, почти не спит.
— Почему же вы мне ничего не сказали? — только и спросила Надя.
— А что, вторую семью Степке надо было разрушить? Откуда же я знала, как вы к этому отнесетесь… Хотя я говорила Степану, что своего ребенка не скроешь. Рано или поздно вы узнали бы.
В тот день Надя не пошла на работу. Позвонила, взяла отгул. Ходила из комнаты в комнату, снова и снова наливала себе кофе, стояла возле окна и думала.
Когда вернулся Степан, Надя не смогла дождаться, как собиралась вначале, когда он переоденется и поест.
— Я тебя очень прошу, давай без этих — «ты всё не так поняла», «я тебе всё объясню». — прижимая руку к груди, попросила она. — Дело в том, что я всё знаю… про Олю и Игорька.
А от тебя я хочу услышать лишь одно. Бывает, что люди, прежде близкие, становятся совершенно чужими. Если это твой случай, тогда что ж… будем помогать твоей бывшей жене воспитывать сына.
Но если у тебя еще остались чувства к ней…тогда, Степан, тебе лучше уйти. Не ври мне и самому себе, скажи честно.
После недолгого молчания Степан признался.
— Мне ее жаль. Вот правда… Пацан сейчас почти не спит, кричит по ночам. Олька сама на себя не похожа, кажется, в последние месяцы она и не спала толком. Я прихожу туда, чтобы она могла отдохнуть немножко. И худая она такая стала. Оля бледная… замучилась…
— Твоя жалость пуще моей любви, — тихо сказала Надя.
— Что?
— Ничего. Не обращай внимания, это из Достоевского. И, знаешь что?! Сейчас ты хорошенько поужинаешь, у нас есть даже бутылка вина… Потом соберешь вещи и уедешь к своей настоящей жене и сыну.
-А ты? — не понял Степан.
— Что — я? Что ты за меня переживаешь? Я еще молодая, всё у меня есть. Образование, работа, квартира вон… Ты думаешь, я без тебя не устрою свою жизнь? Да запросто устрою…
А твоя бабушка сказала, что ей знакомая риелтор поможет подобрать вариант. Продадите её квартиру, вашу комнату и купите две «однушки». Не дворец, конечно, но все же не общежитие.
***
