Весь декабрь Варю почти не видели дома. Студентка, активистка, волонтер. И друзья такие же. Дел ─ невпроворот! Новогодний вечер в университете нужно готовить, благо сценарий уже придумали, утренник в детском доме репетировать ─ малышня пока плохо свои роли знает. А еще дом престарелых навестить. Должен же кто-то создать для одиноких пожилых людей праздничную атмосферу: помещения украсить, помочь подарки подготовить. Вот и бегала девушка, как заведенная: старалась везде успеть.
30 декабря Варя вернулась домой поздно. Мама вышла встречать: надо же покормить, поговорить хоть немножко ─ целыми днями дома нет.
Разогрела ужин, поставила на стол. Девушка молча села, но есть не спешила. Задумалась, стала машинально крутить вилку в руке. А сама будто светилась изнутри тихим, торжественным светом…
«Влюбилась, наверно», ─ подумала мама, и спросила:
─ Доченька, что-то случилось? Ты сама не своя.
Варя встрепенулась, посмотрела на мать и ответила:
─ Я сегодня видела настоящее чудо. Собственными глазами. Так хорошо на душе… Не описать словами…
─ Расскажи…
─ В нашем доме престарелых старики самые разные. Кто-то всю жизнь на заводе отработал, кто-то в школе, кто-то в парикмахерской. А Вера Сергеевна ─ бывший преподаватель музыки.
Ее привезли в дом престарелых очень слабенькой. Она еле передвигалась. Жила одна, в магазин не могла сходить. Вот и исхудала. Представляешь, она практически голодала! Это в наше-то время…
─ А что ее дети? ─ не удержалась мама.
─ Она совсем одна. Детей нет. Всю жизнь чужих воспитывала, музыке учила.
Всем миром выходили Веру Сергеевну. Врачи лечили, старики помогали, мы свою лепту внесли.
Поднялась наша бабушка.
Вскоре все увидели, что она не такая уж и старая. Интеллигентная, тактичная, внимательная. Каждому старалась помочь, сказать доброе слово, выслушать, когда нужно.
Мы, волонтеры, любили посидеть с Верой Сергеевной. Она так интересно рассказывала о музыке и композиторах. Заслушаешься.
Вот только глаза у нее всегда были печальными. И, хотя Вера Сергеевна старалась скрыть свои переживания, мы узнали в чем дело.
Она страдала от того, что не может больше играть на пианино. И, похоже, не сможет никогда. И не потому, что разучилась, забыла или не могла физически. Причина оказалась банальна: в доме престарелых не было инструмента. Просто потому, что это не принято…
Вот тогда мы и решили, что найдем пианино для Веры Сергеевны.
Спрашивали у знакомых, искали тех, кому инструмент не нужен, и лишь занимает место в квартире, обращались в детские учреждения. Думали, что отдадут какое-нибудь старое пианино. Обещали, что сами вывезем.
Ничего! Никто не откликался. А те, кто готовы были отдать инструмент, просили внушительную сумму, которой у нас не было.
Словом, мы уже перестали надеяться.
