Муж Марины — душа любой компании. Где бы ни появился Николай, везде смех, шутки, веселье, задушевные посиделки и песни до утра. Друзей у него — пруд пруди. И всем он готов помочь в любое время дня и ночи, принять, невзирая на собственные дела, отдать, что называется, последнее. Такой человек. Люди это видят, чувствуют и сами к нему тянутся: интуитивно, бескорыстно.
А теперь в семье подрастает еще один такой человечек. Дочка Наташа — абсолютная копия папы. Одиночеством не страдает. Только выйдет за порог — дети вокруг нее. Все у нее друзья, все — товарищи.
Марину во дворе знают не как Марину, а как «Наташину маму». Даже бабушки на скамейках так ее величают.
Та же история в детском саду. Куда ни глянь — везде Наташка с сотоварищами: вместе играют, едят наперегонки, спят «кто быстрее уснет?» И все это легко, весело, без ссор и обид.
В будни родители и Наташа видятся только утром и вечером. Но в выходные стараются не расставаться. Правда, Николай иногда уезжает на рыбалку, чтобы расслабиться, отдохнуть на природе. Тогда Марина с дочкой отправляются гулять вдвоем.
Пройдутся до небольшого озерца в парке, а потом идут на детскую площадку возле дома.
Детей там — полно! Ребятишки играют, а мамочки сидят на лавочках — перетирают последние городские новости и всякое такое.
Знают они друг друга сто лет. Одни в роддоме познакомились, другие — вместе в дом заселялись, третьи — знакомые знакомых.
Одним словом — все свои.
Недавно во дворе появилась новенькая девочка чуть старше Наташи. Дети ее внимательно осмотрели, о чем-то спросили и занялись своими делами. Игра пошла своим чередом. Новенькая в нее не включилась. Постояла и ушла.
На следующий день она снова подошла к детям и стала угощать конфетами. Раздала и снова отошла в сторонку.
Не играла, не каталась с горки. Стояла — и все. Минут через десять
ушла.
Вечером Марина спросила у дочери:
– А почему новая девочка с вами не играет? Вы что, ее не принимаете?
– Как это «не принимаем»? — удивилась Наташа, — она сама играть не хочет. Стоит и все.
Прошла неделя. Во дворе снова собрались дети и их мамы. Погода стояла солнечная, только что выпал первый снег.
Ребятишки играли в снежки, потом стали лепить Снеговика.
Наташа, как заправский скульптор, руководила процессом.
Дети приносили снег в ладошках, спрашивали, куда его прилепить. Никто не обижался, не спорил — все доверяли Наташке.
Появилась новенькая. Подошла к Снеговику. Встала рядом, засмотрелась на снежного человека. Тут подбежал мальчик с очередной порцией снега, спросил:
– Куда, Наташ?
А новенькая взяла у него этот снег и прилепила
Снеговику на макушку.
Сначала мальчик растерялся от неожиданности, а потом как завопит:
– Я не тебе принес! Иди отсюда! — и заплакал.
Мама подошла к нему, успокоила и увела домой.
Новенькая тоже ушла. А минут через десять вышла во двор с папой.
Мужчина направился прямо к детям.
Что-то спросил у Наташи и, подойдя к лавочке, где сидели женщины, спросил:
