– Не увидят! Я друга попрошу, мы ее ночью поставим! В таком месте, что никто не заметит.
На том и порешили. Камеру установили и стали с нетерпением ждать выходных.
Приехали и… Челюсть отвисла у всех одновременно. На калитке черной краской были нарисованы какие-то знаки, а прямо за ней валялась обезглавленная, наполовину общипанная курица…
– Ничего себе, — проговорил Кирилл и бросился к камере…
Увидеть злоумышленников не удалось: камера не работала. Кирилл быстро нашел причину: кто-то весьма умело перерезал провод…
Мария Сергеевна от избытка негативных чувств даже говорить не могла. Присела на скамейке во дворе и сидела с отрешенным видом…
– Эй, хозяйка! — неожиданно позвал ее из-за калитки незнакомый женский голос, — подойди-ка на минутку!
Мария Сергеевна встала и машинально пошла на зов. Распахнула калитку. Перед ней стояла весьма экзотическая гостья: цыганка.
Мария Сергеевна, ничего не подозревая, предложила ей зайти, но та не тронулась с места.
– Продавай дачу, — злобно прошипела она, — не то хуже будет… Сама здоровья лишишься и мужа потеряешь…
Сказав это, цыганка быстро, не оглядываясь, пошла вдоль улицы.
Потрясенная Мария Сергеевна стояла как вкопанная. Вдруг ее взгляд упал на дохлую курицу, которую еще не успели убрать…
Женщина охнула и упала в обморок…
Первое, что она сказала, придя в себя, потрясло и мужа, и сына:
– Андрюша, продавай дачу. Я сюда больше никогда не поеду.
– Да ты что, голубушка моя, курицы испугалась? Не обращай внимания: ерунда все это.
– Ничего я не испугалась, — тихо произнесла Мария Сергеевна, — просто не будет нам тут спокойной жизни…
Все лето Мария Сергеевна отказывалась ездить на дачу. Муж и сын сами справлялись, почти каждый раз начиная свои труды с наведения порядка на участке. О том, что неизвестные постоянно что-то портят, уничтожают плоды и ягоды, обливают грядки краской, матери не говорили.
В конце концов, мужикам все это надоело.
Поэтому, когда сосед в очередной раз предложил продать дачу, Андрей Петрович согласился. Тем более, что за те деньги, что давали за участок, можно было купить дачу ничуть не хуже и значительно ближе к дому…
После продажи родительской дачи Андрей Петрович долго ходил сам не свой, переживал, жалел, что сдался и не нашел тех, кто, по сути, выжил его семью с участка.
Были мысли, что это те самые соседи, которым он продал-таки дачу, но мужчина гнал их от себя. Не мог поверить, что такое возможно. Сам он никогда бы так не поступил…
Мария Сергеевна успокаивала мужа:
– Не переживай, Андрюшенька, что ни делается — все к лучшему. Давай лучше посмотрим, какие участки продаются неподалеку…
О том, что разговаривала с цыганкой и о том, что та ей сказала, Мария Сергеевна мужу не говорила. Не то, чтобы боялась, или поверила в страшное предсказание, просто не хотела лишний раз тревожить. Она ведь тогда сразу поняла, откуда ветер дует. К тому же знала: Андрей — человек мнительный, может взять сказанное в голову, а там и до беды недалеко…
