– Здравствуйте. Горячая линия? Алексей Петрович меня зовут. Не думал, что придется на старости лет просить чужих людей о помощи, но сил моих больше нет. Мне 85, и я один. Совершенно один, понимаете? Нужно, чтобы кто-то иногда в магазин сходил, в квартире прибрал, да хоть бы и суп сварил…
Слушая пожилого человека, привычно ищу телефоны социальных служб — чтобы сразу подсказать ему куда обращаться. Разговорами в такой ситуации не поможешь. Ну не знает старик своих возможностей, обычное дело. Есть ведь много вариантов: от соцработника до интерната, если уж совсем нет здоровья жить самостоятельно.
И вдруг собеседник начинает говорить с надрывом, почти срывается на слезы:
– А знаете, что самое обидное? Вместе со мной, в одной квартире, живет сын! Родной человек! Сергей и сам уже не молод, седой совсем, скоро 60 стукнет. Но ведет себя как чужой, словно мы не знакомы.
Всякое, знаете ли, можно, предположить, когда такое слышишь. Причем и о сыне, и об отце. Но для того и создана была в редакции еженедельная «горячая линия», чтобы помогать читателям в житейских трудностях. А еще, конечно, истории интересные собирать. Уточняю адрес, договариваюсь с дедушкой о встрече — мол, прежде чем искать самый простой выход, надо бы лучше изучить ситуацию.
На следующий день я уже звонила в дверь квартиры, которая расположена в центре, где в свое время жили, скажем так, не последние люди в городе.
Неприятный запах затхлости, грязи и старости, к которому так и не удалось привыкнуть, с порога ударил в нос. Алексей Петрович передвигался с трудом, слышал плохо, но моему визиту шумно обрадовался:
– Дорогая редакция? Здравствуйте, здравствуйте! А я ведь когда-то печатался в областной газете и даже давал интервью. Пойдемте, покажу вам вырезки, я подготовил.
– Вот как! Это многое объясняет.
– Что вы имеете в виду?
– Нечасто люди ищут помощи газет в личных проблемах, теперь для этого много других возможностей.
– Ой, я компьютером не пользуюсь, плохо вижу, а вот газету вашу мы с Галей моей покойной всю жизнь выписывали.
Тут же хозяин достал фото супруги, и прижимая ее к груди, стал рассказывать историю знакомства, а потом и всей своей прошлой жизни…
Как и многие в его возрасте, Алексей Петрович, жил воспоминаниями. Тем более, ему было что вспомнить: научная работа, ученики, симпозиумы, конференции, выступления, поездки…
Дела семейные — читай быт и отношения — целиком и полностью лежали на супруге, и это вроде как всех устраивало. А после ухода Галины уютная квартира быстро превратилась в пустую и холодную.
Сын хозяина, кстати, был дома. Буркнул мне «здрасьте» и тут же скрылся за дверью своей комнаты. Было слышно, что там работает телевизор. Ни больным, ни немощным Сергей не выглядел. Мог бы, совершенно точно, и в магазин сходить, да и, чего уж, пол помыть, чтобы ноги к нему не прилипали.
Про грязный пол Алексей Петрович, кстати, сразу все рассказал:
