Мария Семеновна как ни старалась сдержаться, тоже расплакалась. Однако сквозь слезы произнесла:
– Надо все-таки позвонить в суд, сказать, что мы передумали.
Муж кивнул и стал набирать номер.
Они быстренько переоделись, и через десять минут мчались на такси в больницу.
Внучка лежала на кровати: такая маленькая и бледненькая…
– Как ты, котенок? — спросил дед.
– Дедушка, бабушка, а вы разве не пойдете разводиться? — спросила Арина, едва открыв глаза.
Взрослые переглянулись. Они считали, что их развод дочки держат в секрете.
– Ну что ты, Ариша, — проговорила бабуля, — конечно, нет. Мы поссорились, погорячились. В семье же всякое бывает, ты же понимаешь?
– Понимаю, — вздохнула второклассница. — Мама с папой тоже иногда ругаются, но всегда мирятся. А чтобы вас помирить, я хоть десять плохих пирожков могу съесть.
Мария Семеновна всплеснула руками и обняла внучку. Дед отвернулся, чтобы никто не увидел влагу в глазах.
Посидели, поговорили. Вдруг Ариша спросила:
– Дед, а правду ты говорил, что семья, как родина, должна быть одна?
– Когда это? — делано удивился дед.
– Я слышала, как ты разговаривал по телефону.
– Вот маленькая разведчица, не скроешь ничего. Правда, говорил. И да — считаю, что семья должна быть одна.
Зашла медсестра, напомнила, что время посещения заканчивается. Сказала, что завтра девочку выпишут: мол, промывание сделали, ничего серьезного.
– Отлично! — обрадовалась бабушка. — А что ей можно будет кушать? Мы сейчас в магазин заедем.
– Ой, я тогда завтра к вам приеду, если мама разрешит.
– Конечно, разрешит. Ей же на работу. Мы тебя и заберем.
– Так вы домой сейчас, точно? — уточнила девочка.
– Ну конечно, домой! Развод отменяется, — улыбнулась бабушка. — Ты это хотела услышать?
– Да, точно! — кивнула внучка. — Люблю вас очень.
По пути домой Мария Семеновна вспомнила, что дома нет молока и хлеба, заехали в магазин, накупили еды. Дома разложили продукты, и пока жена переодевалась, Сергей Иванович, все еще муж, поставил чайник и сделал яичницу.
Жена молча наблюдала за ним, потом спросила:
– Сережа, скажи, а ты это серьезно насчет семьи?
– Конечно.
– Ну, мы же сегодня с тобой развестись хотели.
– Ты хотела, уточним. Снова поругаться хочешь?
– Нет, не хочу. Совсем не хочу.
Он крепко обнял ее и сказал:
– Я вот что подумал. Неужели должна случиться какая-то беда, чтобы люди сблизились? Забыли все глупые обиды и почувствовали, что они — семья? Что в семье — любимые?
Мария Семеновна отстранилась и долго смотрела на мужа с изумлением:
– Знаешь, что я думаю? — наконец проговорила она. — Оказывается, я очень тебя люблю.
– Оказывается? — Сергей Иванович сделал большие глаза.
– Хочешь поругаться? — смеясь, спросила она.
– Нет, не хочу. Никогда больше не хочу.
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал
