Часть 1 Часть 2 Часть 3
Оля очень быстро освоилась в школе. Аня и Вадим нарадоваться не могли. Девочка без особых проблем перешла во второй класс. В третьем Аня заметила, что дочке учеба дается с трудом. Сидела с ней над уроками, помогала, чем могла, переживала за оценки. А Оле было все равно. Она ходила в школу развлекаться.
Вскоре на девочку стали жаловаться учителя. То безобразничает на уроке, то подерется с кем-нибудь. Но самое неприятное ─ Олю поймали на воровстве. Когда в классе разбирали эту кражу, Оля виртуозно лгала, изворачивалась, ловко перекладывала вину на других ребят. И классный руководитель засомневалась в своих обвинениях на счет Оли. Тогда ей все сошло с рук.
Однако кражи повторялись. Никто уже не сомневался в том, что Оля тащит все, что плохо лежит. Та же ситуация повторялась, если она приходила к кому-то из ребят в гости. После того, как она украла дорогую куртку в одной семье, девочку поставили на учет в детской комнате милиции. Но это Олю не смущало. Она и дома стала подворовывать. Причем так изящно выворачивалась, лгала, что взрослые люди только диву давались.
Аня не знала, что с ней делать. Водила к психологу, сама сто раз просила этого не делать, но дочь согласно кивала головой и… все начиналось сначала. Дальше — больше. Оля стала прогуливать школу, исчезала на несколько дней. Сначала Аня и Вадим искали ее сами, но потом стали обращаться в милицию.
Девочку находили, на родителей накладывали штраф за неправильное воспитание, Оля клялась, что «больше никогда!», и через неделю все начиналось сначала. Кое-как она доучилась до девятого класса. Учителя в школе аттестовали ее по сути просто так, лишь бы трудный подросток ушел в колледж. Что и случилось. Оля начала учиться на парикмахера.
В колледже началось тоже самое: прогулы, кражи, драки. Но Аня продолжала бороться. Уговаривала Олю ходить к психологу. Та соглашалась, только толку от этого не было никакого. Однажды Оля пропала на несколько дней. Ее нашли в бесчувственном состоянии, похожим на наркотическое отравление. После этого, Аня определила ее на лечение в психоневрологическую больницу.
Там психолог посоветовал Ане рассказать Оле правду о ее усыновлении, ведь девочка не знала, что она приемная дочь. После больницы прошло совсем немного времени, и Оля снова пустилась во все тяжкие. Вот тогда Аня и рассказала ей, как она стала ее дочерью. Казалось, Оля отреагировала спокойно. Она только спросила:
─ А где моя настоящая мама?
И Аня повезла девочку в ту деревню, где жила ее мама.
Увидев видавший виды дом, пьяную женщину на крыльце и запущенный двор, Оля ужаснулась:
─ Это здесь я должна была жить?
─ Да, ─ спокойно ответила Аня. ─ Но Бог дал тебе шанс жить по-другому, не упусти его.
Около двух месяцев Олю невозможно было узнать. Она стала старательно учиться, не исчезала из дома и вела себя вполне пристойно. Однако натуру не переломишь так быстро, и девочка снова загуляла. Ее искали целую неделю. Она пришла сама и с порога заявила:
