У тебя появится братик или сестричка! Сама понимаешь, у мамочки теперь дел будет много!
— Правда?! — обрадовалась Полина. — У меня будет братик или сестричка?
— Да-да! Но раз ты главная, то тебе за всеми следить!
— А если я не смогу? — спросила Полина. — Я же сама еще маленькая!
— Вот поэтому тебя теперь звать будут не просто Полина, а Полина Константиновна!
— Полина Константиновна, — по слогам произнесла девочка.
— Именно! А для своих будешь просто Константиновна! — Костя улыбнулся.
Задумчивая Полина ушла в свою комнату, бубня под нос:
— Константиновна.
А Настя расхохоталась, когда дочка ушла:
— Костя, зачем было так пугать ребенка?
— А пусть привыкает к ответственности! — смеялся Костя. — И тебе поможет, и за мной присмотрит!
— А за тобой, чего? — не поняла Настя.
— Так ты ж занята будешь! А меня кормить, поить и спать укладывать надо! Я ж для чего дочку рожал? Вот!
— Я рожала, — улыбнулась Настя.
— Это не существенно, — отмахнулся Костя. — А когда ребеночек подрастет, будете за мной обе хвост заносить на поворотах! Вот жизнь-то начнется!
Что хорошо в двадцать, в двадцать пять выглядит забавно, в тридцать нелепо, а в тридцать пять — глупо. И шутки Кости стали Настю доставать.
В магазине, на улице, в транспорте, в гостях и просто дома, Настя мечтала только об одном, чтобы Костя прикрыл свой фонтан и просто посидел спокойно.
Даже с четырехлетним Андрюшей было меньше проблем и мороки. А с Костей, сколько Настя ему не говорила, не было сладу.
— Костя, когда ты уже вырастешь? — спрашивала она, в очередной раз не оценив шутки. — Сколько можно? Взрослый же человек!
— Кто? Я? — засмеялся Костя. — Я протестую! И попрошу впредь меня не оскорблять!
— Какой пример ты подаешь нашим детям? — начала Настя давить на ответственность.
— Отличный пример! Такой пример, что позавидовать не грех! Папа работает, деньги в дом приносит!
После работы не задерживается, в обеденный перерыв отдыхает! Не был, не участвовал, замечен не был! Золото, а не отец!
— Серьезности бы только добавить, — вставила Настя.
— Ну, это наживное! — заверил ее Костя. — Но я еще не нажил! Но мне говорили, что годам к семидесяти подвезут целый самосвал серьезности!
Вот тогда я таким серьезным стану, что обзавидуешься, если склероз позволит этот самосвал найти!
— Костя! — одернула Настя мужа. — Хватит!
Сколько Настя могла бы призывать мужа остепениться и стать серьезным?
А вплоть до конца жизни, если бы не один вечерний звонок из детского сада, откуда Костя должен был забрать Андрюшу.
— Анастасия Валерьевна, это вас из детсада беспокоят. Муж ваш еще домой не пришел?
— Н-нет, — растерянно ответила Настя.
— Сейчас я вам видео сброшу с камеры наблюдения. Вы посмотрите! И со звуком, пожалуйста!
А потом придите за Андреем! Вашему супругу мы ребенка доверить побоялись.
Настя запустила ролик.
— Здравствуйте, — сказал Костя, появившись в кадре, — тут у вас детей раздают? Заверните мне одного!
