– Маш, не знаю, что делать, — в голосе Лили слышались и недоумение, и некоторая растерянность, и старательно скрываемая радость, — Мишка вернулся…
– В смысле «вернулся?» — удивилась Маша, — он что, уезжал куда-то?
– Он ко мне вернулся, — уточнила Лиля, — вернее — хочет вернуться.
– С чего ты взяла? С таким шумом и пафосом уходил, кричал, что видеть тебя больше не хочет. Или я что-то путаю?
– Ничего ты не путаешь. Просто он тогда влюбился… Ну, ты понимаешь…
– Не понимаю! — возмутилась Маша, — влюбился! А тебя до этого не любил?! А детей? Кот он помо@йный, вот кто! Влюбился он…
Маша говорила и машинально вспоминала, как муж подруги почти с первого дня их брака к ней приставал, даже пытался свидание назначить. Она, конечно, его отшила, грозилась пожаловаться Лиле, да только Мишка уверен был, что она промолчит.
– Иди, жалуйся! — хохотал он, — интересно, кому Лилька поверит: тебе или мне? Я вот ей наплету, что ты сама ко мне липнешь! Посмотрим, выдержит ли ваша бабс@кая дружба!
А спустя года четыре, Михаил загулял. Бросил Лилю с двумя погодками и переехал к новой возлюбленной. О детях, понятное дело, сразу «забыл».
Когда с подружкой что-то не заладилось, попробовал вернуться, но Лиля, боль и обида которой еще не остыли, отказалась принять его обратно.
И тогда он исчез надолго. Года полтора не было ни слуху, ни духу. А теперь он объявился, видите ли.
Как Лиля выживала с малышней, Маша прекрасно знала. Помогала, чем могла. И морально, и материально (папаша алиментами не баловал). И с детьми возилась, как со своими. Они даже стали звать ее «мама Маша».
И на тебе: только-только Лиля успокоилась, как он — тут как тут…
– Чего молчишь? — вернулась к разговору Маша, — давай, выкладывай. Что там у вас происходит?
– Где-то месяц назад он захотел детей повидать, — начала Лиля, — ну, я и разрешила. Что я, зверь какой? Отец все-таки. Принес тортик, конфеты. Предложил чайку попить. Через неделю снова в гости напросился. Мол, так рад, что с детьми пообщался, забыть не может. Я опять разрешила. Теперь ходит чуть ли не каждый день. Подарки ребятам приносит, мне — цветы. Вчера сумку продуктов притащил. Сидел почти до ночи. Хотел остаться, но я не позволила. Вот я и подумала, что он задумал вернуться…
– А ты? Чего хочешь ты?
– Не знаю я. Дети так рады, когда он приходит. Может попробовать? Он совсем другим стал…
– Лиля, не смеши меня. Он столько времени шатался неизвестно где, а теперь заявился, как ни в чем ни бывало. Изменился он… Да ладно! Люди не меняются. Если ты сейчас его пожалеешь, то он какое-то время поиграет в «порядочного Мишу», а потом, при удобном случае, снова рванет налево.
– Значит, не пускать? — обреченно спросила Лиля.
– Не спешить! Понаблюдай за ним. Если убедишься, что он не только ради детей ходит, предложишь поговорить наедине. Где-нибудь в кафешке.
– И что я ему скажу? Не в лоб же спрашивать…
– Именно в лоб. Мол, с чего это он к вам зачастил, и не собирается ли вернуться?
– Я так не смогу…
