Нет-нет, только не Мариша: она бы никогда не стала смеяться — единственный человек, оказывается, который его любил!
И тогда мужчина принял единственное возможное в данной ситуации решение: поменяться жильем с Мариной и переоформить на нее документы. Ведь двухкомнатного домика ему вполне хватит. А мальчику скоро в школу, и в трешке у него будет отдельная комната!
Назавтра был выходной: Лида и Лена были дома. И вернувшийся Палыч сообщил жене свой вердикт:
— Я все понял — ты меня не любишь! А жизнь без любви — аморальна и отвратительна! Поэтому, можешь больше не мучаться — я тебя не держу: можешь быть свободна! Да, и плод любви с собой забирай.
— А куда же мы пойдем? — оторопела жена.
— А куда хочешь: или к маме, или к любимому! А, может, есть еще варианты?
— Так у мамы и так семеро по лавкам! А Миша живет в другом городе.
— Ничего не знаю! Я лично жить с чужими мне тетками больше не желаю! Даю два дня на сборы — можете взять все, что захотите: возражать не буду!
И вышел из кухни — разговор происходил там: Лида и Лена завтракали.
Ленка демонстративно зарыдала, но папу это уже не интересовало: чужие слезы его не трогали! Как там, говорится: иди и плачь кому-нибудь другому!
»А что Вы, собственно, хотели? — зло думал лежащий на диване Олег Палыч. — Вывалили на голову ворох де***ма и думаете, что все обойдется?»
На слезы дочери отец не отреагировал, хотя раньше бросался утешать ее даже при попытке заплакать. Вскоре все стихло: шепотом Лида и Лена обсуждали ситуацию, которая стала напрягать все больше и больше.
Два дня прошли тихо, и обе женщины уже стали думать, что все устаканилось и опять будет, как раньше.
Но тут им сказали, что время истекло, и пора освобождать жилплощадь. Ленка опять попробовала зарыдать, но ей жестко посоветовали рыдать перед рОдным папочкой, а здесь вам не тут и ничего не отломится.
И что он, действительно, перепишет квартиру, но не на девку без роду и племени, а на родную дочь Марину. А вам гранд мерси за идею, дамы!
Жена попыталась реанимировать ситуацию: не может быть, чтобы почти тридцать лет совместной жизни пошли псу под хвост! К тому же перспектива жить вместе с семьей брата не впечатляла.
Поэтому, в ход было пущено все: взывание к жалости и благородству, давление на совесть, слезы и увещевания.
Но добрый муж и папа в одночасье превратился в жесткого и отстраненного человека, смотрящего как бы сквозь двух, вчера еще самых любимых его существ. И на все это не обращал внимания.
Более того: добрый и интеллигентный Палыч, видя, что они не трогаются с места, в грубой форме посоветовал им валить. Что было неожиданно и неприятно.
А когда Лида завизжала, что этого не сделает, вызвал полицию! Дескать, у него дома находятся посторонние: прописаны-то они были в другом месте!
И ошеломленной жене с дочкой, до последнего надеявшимся, что все рассосется, бравым полицейским было сказано, чтобы они, действительно, валили.
