– Завтра еду к Эдику! Ты свободна? Поедешь со мной? Мы ведь так и не пообщались толком, а у меня билеты на вторник.
– Поеду, конечно. С удовольствием. Отгул возьму — как раз один есть.
Лена, моя бывшая одноклассница, в родной город приехала второй раз за год: весной похоронила маму, теперь вот пришло время продавать родительскую квартиру. Мы с ней росли как сестры. Жили в одном подъезде, наши родители близко дружили, отмечали вместе праздники, ездили в лес, даже дачи купили рядом.
После школы Лена поступила в столичный вуз, и домой не вернулась: повезло устроиться в перспективную фирму, через пару лет вышла замуж. Связь мы, конечно, поддерживали, но виделись редко. Больше половины года она проводит в командировках, так что каждый ее приезд домой — праздник.
Дядя Эдик… О, этот человек был нашим кумиром. Необычная профессия, интересная жизнь, легкий характер. Глядя на него, мы знали: существует мир больших возможностей. Родной брат Ленкиной мамы работал фотокорреспондентом в республиканском новостном агентстве. Начинал в какой-то заводской многотиражке, потом снимал для городского издания, а когда мы стали студентками, Эдуард Станиславович был уже лучшим фотокором города и одним из самых лучших в стране.
Он знал все новости, крутые события и лучшие места, таскал нас на новогодние утренники, приносил контрамарки на спектакли, через закулисье проводил на концерты, советовал умные книжки и фильмы, учил фотографировать. Благодаря дяде Эдику мы всегда шли в ногу с технологиями, первыми среди знакомых купили цифровой фотоаппарат. Его профессиональные байки можно было слушать часами, а еще он мастерски рассказывал анекдоты и играл на баяне.
Так что пропустить обед у дяди Эдика было бы большой ошибкой. Встречу он назначил на два часа дня. В десять утра звонит Ленка:
– Оль, Эдик попросил быть к шести — он занят.
К шести так к шести. Пришли. На столе салат из крабовых палочек, квашеная капуста, картошка. Сало собственного производства — в луковой шелухе. Его надо сварить в специальном маринаде, потом держать 12 часов в этом вареве, намазать смесью с чесноком, дать пропитаться… ну кто пробовал — тот знает. Язык проглотить можно.
Картошечка и капуста с огорода, селедочка из магазина, лучком заправлена…
Плюс ко всему крепкая настойка с вишневыми листьями и черноплодной рябиной (роскошный куст у крыльца!), мы ее с юности зовем «стасевка».
– Девочки! Сколько лет, сколько зим!
Обнялись, поцеловались, сели, выпили, закусили.
Лена, понятно, давай приставать:
– Почему не в два? Ты где был?
– На съемку вызвали, фотокор у Нины Петровны в больницу попал, а на первую полосу журналисты не снимут. Выручаю их по старой памяти.
– А на прошлой неделе? Ни разу до тебя не дозвонилась!
– Ну извини. Побабамс был, — хитро улыбнулся Эдик.
Ужинали, обсуждали политику. Вспомнили о «короне», скинули ему фотку упаковки хороших витаминов — для профилактики. Спросили про прививку:
– Конечно, сделал, еще летом.
