Татьяна и Светлана соседствуют по даче уже больше двадцати лет. Когда-то они дружили, помогали друг другу, вместе осваивали премудрости садоводства и огородничества, делились рассадой и урожаем. Зимой тоже поддерживали отношения, часто собирались за одним столом.
Однажды все резко изменилось. Соседки в одночасье возненавидели друг друга. В дачном поселке говорят, что Татьяна и Светлана — лютые враги.
Что же произошло? Ничего особенного: тупая женская ревность. Тупая, потому что на самом деле для нее не было причины.
Просто однажды Светлана приехала на дачу забрать какие-то вещи и обнаружила в своем доме мужа с соседкой. Михаил и Татьяна сидели за столом, смеялись, и, как показалось Светлане, выглядели чересчур счастливыми. Как после этого…
Как ни пытались Михаил и Татьяна убедить Светлану, что ей именно показалось, ничего у них не вышло.
Светлана подала на развод. Только Михаил знает, каких усилий ему стоило спасти семью от краха. Развод не состоялся. Супруги помирились, но с соседкой общаться перестали. Михаил — чтобы не нервировать жену, ну, а Светлана — понятно почему.
Теперь соседи словно не видели друг друга. Только на их участках происходили странные вещи. То в пленке парника появлялись дыры, явно рукотворного происхождения. То исчезал инвентарь. То опустошалась бочка с водой, которую наносили накануне. Словом, происходили мелкие пакости.
В такие дни округа слышала страшную ругань, проклятия, угрозы, которыми сыпали соседки в адрес друг друга. Поначалу Михаил останавливал эту вакханалию своим мужским, крепким словом, а потом умер. Скандалы стали продолжительнее. Если начинались в пять утра, когда соседки выходили на прополку по холодку, то могли затихнуть лишь поздно вечером, когда обе поливали грядки.
Однажды женщины, а им обеим уже было под шестьдесят, так перестарались с выяснением отношений, что Светлану ночью увезла скорая с сердечным приступом.
Лежа в больнице, Светлана не находила себе места. Погода в то лето стояла очень жаркая, дождей не было, и опытная дачница понимала, что останется без урожая, если лечение затянется.
Она уговаривала врача выписать ее, но доктор сказал:
– Странная вы. За огурцы готовы жизнью рисковать? Ну позвоните кому-нибудь. Пусть польют ваши грядки.
– Некому мне звонить. Сын далеко, подруг не нажила, а соседка по даче — скорее мой огород ядом посыплет, чем поможет.
– Ну, извините, — пожал плечами врач, — отпущу, когда буду уверен, что с вами все в порядке.
Светлана вернулась в палату и расплакалась. Впервые подумала, что зря так и не помирилась с Татьяной. Вот сейчас она бы избавила ее от проблемы. И в больницу бы пришла. Ведь так дружили когда-то!
«А вдруг между ней и Мишей тогда и правда ничего не было?» — промелькнула мысль, от которой Светлана даже вздрогнула. «Тогда получается, что моя ревность отравила жизнь и ей, и мужу, и мне. Господи, что же я наделала? Прости ты меня грешную…»
