Алесе повезло, что, провалившись в непонятно откуда взявшуюся воронку посреди леса, который девушка знала как свои пять пальцев, она не испугалась, не запаниковала, а наоборот: внутренне собралась.
Сказалась привычка опытного парашютиста: Алеся с подросткового возраста прыгала с вертолета в школе ДОСААФ.
«Так, спокойно. Нужно сгруппироваться, — подумала она, — неизвестно, что там внизу».
Однако, неожиданный «полет» затягивался. Возникало ощущение, что у воронки нет дна.
Чем ниже падала Алеся, тем больше ей казалось, что она никогда не приземлится.
Вдруг она услышала приближающиеся звуки. Тьма постепенно наполнялась леденящим душу скрежетом, истерическим хохотом, стонами и отвратительным улюлюканьем.
«Жесть какая-то, — пронеслось в голове, — так, стоп! Это скорее всего галлюцинации. Однако, что за вонь?»
И действительно: чем глубже проваливалась девушка, тем сильнее ощущала невыносимый смрад, которому, казалось, не будет конца.
Вкупе с душераздирающими звуками он не просто наполнял пространство: он проникал в каждую клеточку хрупкого девичьего тела.
Прошло всего несколько секунд, как Алеся провалилась в воронку, а ей показалось, что она находится в кромешной, вопящей тьме уже несколько часов.
«Господи, когда же это кончится?!» — завопила Алеся.
– Никогда… — послышался неизвестно откуда властный мужской голос с оттенками металла, — зря ты Его зовешь.
– Кто вы? — Воскликнула Алеся — я вас не вижу!
– Зато я тебя вижу очень хорошо…
– Помогите! Спасите меня!
– Спасти? — Незнакомец расхохотался, — это не ко мне!
– Но я же могу погибнуть! — страх, наконец, проник в душу девушки, парализуя все существо.
– Так ты уже погибла и даже не заметила этого…
– Не торопись, — услышала Алеся еще один голос, который прозвучал откуда-то сверху. Он тоже был властным, но таким всеобъемлющим и любящим, что тьма расступилась, мерзкая какофония стихла, смрад улетучился.
И, хотя Алеся не видела говорящего, она вдруг успокоилась, пришла в себя.
– Ты? Опять? — злобно захрипел обладатель голоса с металлическими нотками, — но зачем? Неужели будешь защищать ее?!
– Нет. Поступок Алеси лишает меня малейшего шанса. Но ты знаешь правила. К тому же: она очень молода и еще может все исправить.
– Да она не знает ни одной молитвы!
– Скорее всего…
– Ну, и при чем здесь правила?! Только зря время потеряем.
– И все-таки. Пусть попробует.
И голос обратился к Алесе:
– Молись, милая. У тебя всего одна минута.
– Молиться? Зачем? Я не понимаю!
– Позже поймешь. А теперь — молись. Не теряй времени. Поверь, это единственное, что поможет тебе прямо сейчас.
Алеся лихорадочно пыталась вспомнить хоть одну молитву.
Ничего!
Как же так?! Она же столько слышала их в детстве, когда бабушка стояла перед иконами! И ни одну не запомнила!
И вдруг в памяти девушки всплыла трогательная картинка: бабушка сидит в кресле, у нее на коленях — маленькая Алеся:
