Алена вышла замуж в девятнадцать. Ее муж Антон был старше на восемь лет, уже твердо стоял на ногах, имел собственный бизнес, и потому молодая пара сразу стала жить самостоятельно.
Все у них складывалось замечательно. Антон работал, обеспечивал семью. Алена занималась домом, воспитывала сына. Отношения складывались прекрасно, муж и жена любили друг друга, поддерживали, строили планы на будущее.
И вдруг все рухнуло. Антон внезапно умер от инфаркта.
Алена, пережив удар, никак не могла прийти в себя. Она замкнулась, перестала общаться с друзьями и родственниками. Потеряла интерес к жизни. Как не пытались близкие вернуть ее к реальности ─ ничто не помогало. Даже маленький сын не мог вывести маму из состояния оцепенения.
А тем временем стали накапливаться проблемы, которые нужно было решать. Звонили кредиторы, требовали внести оплату за дом, в котором жила семья. Бизнес Антона стал разваливаться: кто-то из сослуживцев приложил к этому руку, пытаясь присвоить все себе.
Однако информация, которая поступала к Алене, ее совсем не трогала. Она рассеянно слушала, когда предлагали назначить нового директора фирмы, советовали продать квартиру, чтобы погасить оплату за дом, или просили подписать какие-то бумаги.
─ Зачем это все? ─ думала она, ─ если Антона нет рядом.
И вот однажды снится ей сон.
Большая солнечная поляна, а в центре ─ резное белое кресло, в котором сидит Антон. Она, радостная, бежит к нему, чтобы обнять. Но вдруг наступает кромешная темнота. Алена кричит, зовет мужа, но он не откликается. Она мечется, хватает руками воздух, натыкается на какие-то преграды, и, наконец сталкивается с человеческой фигурой, обнимает ее и крепко прижимает к себе. В этот момент ослепительный свет проливается на поляну откуда-то сверху и ласковый, но требовательный голос Антона произносит:
─ Позаботься о моем сыне.
Алена открывает зажмуренные глаза и видит, что обнимает своего сына, который смотрит на нее стеклянными глазами, ничего не говорит, не проявляет никаких эмоций.
─ Сынок! ─ истошно кричит Алена и… просыпается.
Она вскочила, бросилась к кроватке ребенка. Мальчик спал, свернувшись калачиком, мирно посапывая. Алена прикрыла его одеялом и вышла на балкон.
Только теперь она заметила, что уже наступила осень. Разноцветье деревьев вокруг, голубое небо, чистый, будто хрустальный воздух ─ все вокруг кричало о том, что жизнь продолжается. Алена оделась, набросила куртку, вышла на улицу. Собака выскочила из будки, бросилась хозяйке навстречу, приветливо махая хвостом.
─ Привет, Галл, ─ Алена погладила верного пса. ─ Прости, о тебе я тоже забыла.
Женщина подошла к машине, села на водительское кресло, включила замок зажигания. Бездушная техника отозвалась радостным урчанием.
Алена сложила руки на руле, уткнулась в них лбом и расплакалась.
Только теперь это были слезы освобождения: от мрака, внутренней боли, щемящей тоски и одиночества. Наплакавшись вволю, Алена, наконец, почувствовала облегчение.
