Первую рюмку выпили молча. Нина гостя не торопила и вопросов не задавала. Чувствовала, что он сильно волнуется. И еще чувствовала, что сейчас узнает что-то очень важное.
Наконец, гость начал говорить:
– Меня зовут Иваном. Мы с твоей мамой одноклассники. Десять лет за одной партой сидели. Потом встречались. Любили друг друга. Хотели пожениться.
– Скажите еще, что вы — мой отец, — неожиданно для себя самой бросила Нина.
– Нет. Понимаешь. Никто не знает, кто твой отец.
– Как это? — опешила девушка, — мама говорила, что он ее бросил.
– Однажды, это уже после школы, Таня шла домой, — не ответив на вопрос, продолжил Иван, — было поздно. Осень. Темно…
Мужчина замолчал. Было видно, что ему очень трудно говорить.
– Словом, — наконец, выдавил из себя он, — на нее напали. Их было двое или трое… Твоя мама потом никак не могла вспомнить, сколько. Она никому ничего не сказала. Только мне. И то, только потому, что забеременела. А мы собирались жениться. Вот и… Призналась.
Нина молчала. Ей казалось, что внутри все мгновенно окаменело. Страшная догадка возникла в голове сама собой…
– Я тогда молодой был, глупый, — услышала она виноватый голос гостя, — разозлился, сказал, что она сама во всем виновата, что такая жена мне не нужна. И ушел. А потом и уехал. Совсем. Подальше от этого всего. Короче, бросил я твою маму, Нина. Под@лец я…
– Откуда вы знаете, как меня зовут? — спросила Нина только для того, чтобы что-то спросить.
– Я только что у твоей тетки был. Она и рассказала.
– Что еще она вам рассказала? — безразличным тоном спросила Нина. Она еще до конца не поняла то, что услышала несколько минут назад.
– Видишь ли. Она, оказывается, все знает. И то, что ты родилась после того случая, и то, как я поступил. А еще она сказала, что у вас с мамой были очень плохие отношения.
– Она ненавидела меня, — тихо уточнила Нина, — всю жизнь.
– Я потому и пришел. Теперь ты должна ее понять. И простить.
– Простить? — в голосе Нины послышались сарказм и отчасти издевка, — неужели? За то, что она превратила мою жизнь в ад? Лучше бы она меня не рожала!
– Так она и не хотела, — почти прошептал Иван, — там родители вмешались. Они ведь думали, что Таня от меня беременна. Надеялись, что мы помиримся. Вот и не дали ничего сделать. Только представь, что она чувствовала, пока тебя носила, когда рожала. И потом…
– Жалко ее?
– Жалко. И тебя жалко. Только ее уже нет, а ты — есть. Ты должна знать правду. Должна понять свою маму. Хотя бы попытаться понять. Тебе же легче будет.
– А вы не переживайте за меня. Мне не привыкать жить в д@рьме!
– Жить! Вот именно! Понимаешь — жить?! У тебя все еще впереди! Вся жизнь! А это — немало! Это лучше, чем ничего! Поверь мне!
– Верю, — ухмыльнулась Нина– Нет, правда! — Иван не заметил, что Нина «пошутила», — тебя ведь могло не быть! А ты есть! Понимаешь? Значит, так и должно было быть!
