Лену Синицыну в качестве помощницы по хозяйству Анне Фроловне порекомендовала соседка. Женщины встретились в магазине, разговорились и старушка посетовала, что стала с каждым днем все больше чувствовать свой возраст, иной раз нет сил сходить в магазин.
Соседка поддержала:
– Одной справляться в 82 года, конечно, тяжело. Вон, бабушка из третьего подъезда моложе вас, а к ней давно приходит соцработник. Елена Петровна зовут. Если хотите, спрошу телефон.
Не успела Анна Фроловна опомниться, как в ее квартире появилась помощница. Поначалу соцработник была необычайно внимательной и ласковой. Звонила, уточняла, что купить, не спешила уходить, старалась поговорить с бабулей, выслушивала ее бесконечные истории.
Но соцработник приходит два раза в неделю, а внимания старому человеку хочется каждый день. Через полгода Елена Петровна сказала бабушке, что знает, как решить этот вопрос.
– Анна Фроловна, миленькая, если вы хотите видеть меня чаще, нужно снять вас с обслуживания в собесе, и я буду ухаживать за вами как частное лицо.
Вскоре она попросила подопечную написать заявление «прошу снять с обслуживания, потому что мне будут помогать родственники». Фроловна написала, даже не задумываясь, зачем Лене это нужно, ведь помощница была ласкова и все время твердила:
– Если будет плохо, я всегда буду рядом с вами.
Сняв старушку с обслуживания, Синицына приходила к ней почти ежедневно и однажды привела нотариуса, который вслух зачитал Анне Фроловне документ о том, что Елена Петровна будет и дальше за ней ухаживать, помогать по дому, покупать продукты и… перепишет квартиру на себя. В тот момент бабушка не поняла, что по договору пожизненного содержания с иждивением, который ей дали подписать, за внимание и уход она сразу отдала право собственности на жилье.
Но через месяц к ней зашла на чай бывшая коллега, которая, услышав про доброго ангела, попросила принести документ, который Леночка принесла Фроловне. Прочитала бумагу, заверенную нотариусом, и просветила:
– Да ты, Анна, уже не хозяйка тут, ты теперь никто!
Одинокая женщина пришла в ужас от мысли, что Синицыной теперь выгодна ее скорая смерть. В тот же день старушка сходила в паспортный стол, где ей подтвердили — собственником квартиры она не является, но пользоваться жилой площадью она будет до конца своих дней.
Что происходит с отношениями, когда утрачено доверие, объяснять не надо: начались конфликты. Обида и страх сделали Анну Фроловну подозрительной, да и Лена, став хозяйкой положения, все чаще вела себя грубо и бессердечно.
В отчаянии Фроловна обратилась за помощью к бывшим коллегам. А профессиональный тыл у нее был надежный — она пятьдесят лет отработала в одном из университетов города, руководила лабораторией, помогала собирать данные для нескольких докторских диссертаций, трудилась до 73 лет. Она пришла к одному из руководителей вуза и со слезами рассказала:
