Наташа — крестная мама маленькой дочки Олега и Вики. Ничего особенного. Если только не знать о прошлом этих троих.
Олег с Наташей прожили вместе три года. В загс не ходили: Олег считал официальную регистрацию бесполезной формальностью.
Ничего не решает печать в паспорте, говорил он. И уж тем более не дает никаких гарантий любви и верности, так ведь?
С печатью люди могут изменять друг другу, обманывать и предавать, даже ребенку это известно. А без печати могут 20 лет душа в душу прожить. Олег и примеры приводил: его старший брат с женой так и не расписались, хотя внуков уже нянчат.
Наташа не спорила.
Замуж, конечно, хотела. Молча. Ну сами знаете, не в моде нынче официальный брак. Старорежимно выглядит желание быть не свободной женщиной, а чьей-то женой. Особенно когда тебе «немного за 30».
Взрослые же люди, какие штампы, в самом деле? Да и кто поручится за верность шофера-дальнобойщика? Наташа не врала себе, предполагала, что у Олега она не единственная. Виду не подавала, мозг не выносила. Ждала и любила.
Но когда любимый приехал с внезапным дорогим подарком, не смогла промолчать:
– Ничего себе! Олег отыскал ювелирный магазин! Ну и давно у тебя другая?
– Нет, Наташа, другая у меня появилась недавно. И это действительно прощальный подарок — не сомневался в твоей проницательности. Понимаю, тебе больно, но давай откровенно: мы оба свободные люди, ничего друг другу не должны. Мне не хочется унижать тебя враньем.
– Какое благородство, — съязвила Наташа. — Гордишься собой?
– Не горжусь. Пытаюсь быть честным и хочу сохранить нормальные отношения с человеком, с которым мне было хорошо, и которого я безмерно уважаю.
– Ого, неожиданно. Тебе одной женщины мало? Официально в гарем приглашаешь?
– Да что ж такое! Кажется, ты не слышишь. Не нужен мне никакой гарем — я встретил ту самую, понимаешь? Мы в январе поженимся.
– Что-что? Я не ослышалась? Ту самую? Она, что без загса не дает?
– Наташа, прости меня. Ты мне очень дорога, правда. Но пойми: так бывает, я полюбил другую. Не хочу врать, изворачиваться или исчезать как последний трус. Хочу расстаться по-человечески, а еще лучше: остаться друзьями.
– Точно, старыми добрыми товарищами, — Наташу трясло, но она старалась спасти ситуацию юмором. — Боже, да ты прямо сказочник, дорогой мой. Может, и с женой познакомишь?
– Обязательно. Она знает о тебе, и, думаю, вы подружитесь, — Олег был совершенно серьезен.
– Все, хватит, — она, наконец, не выдержала. — Уходи. Этот разговор выше моих сил. Не звони мне больше. Никогда.
– Мне жаль, Наташа, что так вышло. Пожалуйста, прости меня. Никогда не говори «никогда». Не отвечай сразу. Подумай — хорошие люди на дороге не валяются, а я готов быть тебе настоящим другом.
… Оказаться «не той самой» было обидно. Очень обидно.
