В детстве Ваня украл велосипед. Даже не украл: «просто взял покататься». У Никиты, который приезжал к бабушке на каникулы и среди деревенских пацанов слыл «городским хлюпиком».
Покатался Ваня неудачно. Велик разбил, а ревущего от горя хозяина запугал:
– Скажешь бабке или родителям — на улицу не выходи: кости переломаю!
В то время Ване было 14, а Никите — 11 лет.
Ваня считал, что «малолетки» должны «уважать старших», и этому их нужно учить.
Науку местной дедовщины деревенский мальчишка отлично усвоил через собственные синяки: частенько доставалось от старших ребят. Ну, а малышам, понятное дело, прилетало от него самого.
Словом, Ваня не сомневался, что гнобить Никиту необходимо.
Уже к вечеру подростку стало стыдно за свой поступок. А еще он боялся, что родители Никиты придут разбираться, и ему серьезно влетит.
Но Никита никому ничего не сказал, и Ваня выдохнул с облегчением…
Прошли годы.
Иван вырос, переехал жить в город. Работал, учился заочно. Когда получил диплом, нашел работу по душе с отличным заработком. Обретя твердую почву под ногами, женился.
Словом, все у мужчины складывалось как нельзя лучше, пока…
Пока на работе не сменился начальник.
Увидев его, Иван ахнул:
– Никита!
Да, это был Никита. Тот самый, который все эти годы не выходил у Ивана из головы. Очень часто и даже во сне он видел маленького, обиженного, плачущего мальчика, которого даже не побил, а только обидел.
Теперь от хлюпика и очкарика не осталось и следа.
Никита стал рослым мужчиной в полтора раза тяжелее Ивана.
И тяжелее не за счет жира. Об этом говорили рельефные мышцы, проступающие через стильный пиджак.
Для Ивана наступили черные дни. В голове поселились страх и неуверенность. Каждый день он опасался мести начальника за тот злосчастный велосипед. Даже подумывал сменить работу, но жалко было бросать такую зарплату: в семье ждали пополнения.
Однако шло время, а Никита ничего не предпринимал, Ивана не трогал. Более того — даже продвинул по службе.
Иван терялся в догадках: «Чего он добивается? Хочет, чтобы я сам ушел? Или до сих пор боится? Нет, невозможно. Сам — бугай и друзей таких же у него предостаточно. Что же тогда?»
Ивана коробило, когда он случайно встречался с Никитой. Казалось, что тот делал вид, что не замечает «друга детства». А иногда смотрел по-особенному, будто говорил, мол я все помню, тебе стоит меня опасаться, скоро я решу, что с тобой делать.
– У меня такое чувство, что он меня презирает, — признался Иван жене как-то вечером, — даже брезгует мной.
Жена была в курсе, что муж работает под началом своего «врага детства».
– Вань, мне кажется, ты себя накручиваешь. Смотри: работать тебе никто не мешает, в должности повысили, зарплата выросла. Успокойся. Ты не думал, что этот Никита тебя просто не узнал?
– Нет, не думал. Я-то его узнал, хотя он сильно изменился. Я изменился гораздо меньше.
