Лет сорок на коротенькой городской улице соседствуют два деда — Леонид Петрович и Григорий Михайлович. Оба давно перешагнули седьмой десяток, дети войны. Судьбы как под копирку: голодали, горевали, много работали, вырастили детей, похоронили жен…
Дети и внуки, слава Богу, стариков своих не забывают: частенько звонят, заезжают, даже к себе жить зовут. Только не хотят деды родные стены оставлять, хоть умри. Ноги-руки работают, голова варит, так что нет причин отпрысков стеснять. К обоим два раза в неделю приходят соцработницы — по хозяйству шуршат, продуктов принесут, чего-нибудь приготовят.
А от скуки спасает телевизор и разговоры стариков между собой. Созваниваются они всегда в одно и то же время: после обеда, в половине третьего. А все потому, что Петрович — классический «жаворонок». Рано ложится, рано встает, завтракает, смотрит новости и терпеливо ждет, когда проснется сосед.
Михалыч, который всю жизнь «совой» прожил, по утрам ходил бесполезным овощем, к старости превратился в неведому зверушку: спать стал совсем плохо, особенно ночью. То до трех утра суставы ломит, то до пяти воспоминания заснуть не дают. Петрович, правда, уверен, что главная причина бессонницы его друга — не возраст, а телевизор и детективы, которые тот смотрит, переключая каналы, до глубокой ночи. У Михалыча на этот счет своя теория: мол, подобные сюжеты заставляют шевелить мозгами и продлевают жизнь.
Польза сериалов подтвердилась совершенно неожиданно.
Как-то раз Петрович набрал другу в небывалую рань — еще и десяти утра не было. Михайлович, который давно отвык от будильника, вмиг проснулся от длинного звонка в неурочный час. С мыслью «Что случилось?» он взял трубку и услышал голос соседа:
– Прости, что рано потревожил, — чуть не плача прошамкал Леонид Петрович. — У меня беда: челюсть пропала. А я без нее даже творог не могу проглотить!
– Ну и что? — буркнул Михалыч, который давно жил почти без зубов и не понял отчаяния с той стороны провода. — Геркулес свари.
– Ты издеваешься?! Я каши с детства терпеть не могу! — Петрович бросил трубку.
Григорий Михайлович встал, репу почесал, подумал: «Во проблему нашел. Нет зубов — нет проблем». Через часок, подкрепившись манной кашей, позвонил ему сам. Трубку взяла соцработница Танечка:
– Здравствуйте, Григорий Михайлович, у нас вселенская катастрофа — никак не меньше! Вставная челюсть как сквозь землю провалилась! Везде искали, чуть ли не всю квартиру вверх дном перевернули — нету. Хозяин, — женщина понизила голос, — подозревает, кажется, что я могла ее прикарманить, хотя — зачем мне чужая челюсть? Я уж сыну его позвонила, он в выходные приедет челюсть искать. А я пока пюре Леониду Петровичу сделаю и курицу на блендер смелю. Хватит ему на два дня. Вы уж не звоните, не беспокойте его: сильно он на вас за овсянку эту сопливую рассерчал.
