Пришли две пожилые соседки с горящими глазами, вот такое письмо принесли: «Помогите решить вопрос с досмотром члена ЖСК — недееспособной Марией Петросовой, которой 92 года. Опекун поселил к ней студента, а тот дома бывает редко и за бабушкой не ухаживает. Старушка, как может, готовит сама. Один раз чуть пожар не устроила. Не закручивает краны, заливает соседей. Жильцы дома живут в постоянной тревоге за свою жизнь и имущество».
Там еще были подробности, но суть и так понятна. Собирают подписи — мол, чем больше народу впишется против бабки, тем лучше.
– А бабушка из какой квартиры? — спрашиваю.
– Третий подъезд, 54-я, однокомнатная у нее, над Матвеевыми.
– И что, правда, соседей заливает?
– Нет еще, но зачем ждать-то? Скоро и зальет, и спалит. Она ничего не соображает уже, вы понимаете? Мы же в суд подавали как раз после того, как бабуля молоко на электроплитку поставила и заснула. Мы тогда правление собрали и решили, что ее надо лишить дееспособности и в интернат отправить. Так, представляете, медики из службы опеки были против: говорили, что она вполне может себя обслуживать. А когда суд удовлетворил наш иск, помогли ей опекуна найти.
– Что значит помогли?
– Да не знаю я, откуда они его выкопали — мужик из райцентра, километров 60 от города. Так он сам с ней жить не может, вот студента и подселил. А тот дома почти не бывает, на выходные домой уезжает — да и как молодой парень будет за старушкой ухаживать?
– Знаете, я тут не так давно живу, старушку эту ни разу не видела и от вас впервые слышу о каких-то проблемах. Не буду я ваше письмо подписывать, извините.
– Как это не будете? Мы ведь как на пороховой бочке живем. Вам трудно, что ли? Девяносто лет — это уже не человек, а обезьяна! Такие должны жить в интернате!
Дверь закрыла и думаю: странные они какие-то, сами уже пенсионерки. Неужели тоже в интернате хотят смерть встретить?
Через пару месяцев пришли люди из управления здравоохранения, типа проверка, опрос жильцов по жалобе соседей:
– Вы Марию Федоровну Петросову знаете?
– Слышала про такую, — отвечаю, — а что случилось?
– Жалуются соседки на нее — мол, выжила старуха из ума, все в доме бояться за свою жизнь. Вы слышали о происшествиях? Может быть, видели пожарных или скорую во дворе? Или жильцы что-то говорили?
Как и в прошлый раз, сказала, что не видела и не слышала ничего. И решила узнать, что же медики думают о ситуации, когда человек в 92 года живет без присмотра. Одна из женщин, явно старшая по должности, устало вздохнула и рассказала:
– Марию Федоровну мы давно знаем — она уже больше 15 лет одна живет. Старушка дважды вдова, детей у нее не было. Здоровье у нее в пределах возрастных изменений, единственная проблема — катаракта, в последние годы резко снизилось зрение.
Иск о лишении дееспособности подали члены правления ЖСК. Они не знали, что племянник второго мужа много лет поддерживает с бабушкой отношения и навещает ее. Он и оформил опекунство.
