— Я же не знала, что ты только для мамы всё организуешь.
— Билеты я вам обеим купил. Не думал ведь, что ты даже с отелем сама определиться не можешь. Ну, давай, сейчас сам всё найду.
— Нет, не надо искать, — попросила Оля. — Я уже сказала, что не поеду.
— Ну, и как я по-твоему должен это маме сообщить?
— Не знаю, как-нибудь.
— Вот тебе телефон, звони и говори сама. Я не собираюсь в ваших разборках больше участвовать.
— Игорь, это твоя мама. Ты ей и сообщай. И это не наши «разборки», а ваши.
— У нас как раз-таки с мамой очень хорошие отношения.
— Да, действительно, прекрасные…
Вечером этого же дня Раиса Ивановна уже заходила в их квартиру с шумом и возмущениями.
— Оля, я не поняла, — с порога начала женщина. — Что это такое? Собралась, так уж едь, нечего меня подставлять.
— Я всё уже сказала Игорю, — устало ответила Оля. После непростого рабочего дня ставшие привычными нападки свекрови выносить было труднее обычного.
— А ты не поленись, повтори.
Оля вздохнула и взглянула на мужа. Тот бросил на неё сердитый взгляд, вешая куртку Раисы Ивановны в шкаф. Она давно чувствовала, что симпатия к нему проходит с каждым таким случаем, но теперь вдруг испытала к нему настоящую ненависть.
— Я никуда не поеду. Езжайте вдвоём, вам хорошо вместе.
— Игорёчек работает, ему некогда кататься. А у тебя всё равно работа неважная, никто и не заметит, что на неделю уедешь.
— Это точно, — посмеялся Игорь. — Мам, чай будешь? Сейчас что-нибудь на стол соберу.
Они ушли на кухню, а Оля осталась стоять в прихожей. Её разрывало от огромного желания сбежать, бросив все вещи и не заботясь о том, куда идти.
— Ладно, не хочет, пусть не едет, — донёсся из кухни голос свекрови. — Хотел ты эту замухрышку вывезти, мир показать, но ничего не выйдет. Я тебе давно говорила, что ты с ней возишься? Давно бы уже нашёл хорошую девушку, молодую, красивую, чтобы всё при ней.
Игорь не возражал, а Оля ушла в спальню, постояла у окна минут 15, после молча собрала одежду и обувь в сумки, вызвала такси и уехала к родителям. Если бы муж поехал за ней и попросил вернуться, она бы легко согласилась, но тот с гордостью заявил, что жена всегда может приехать обратно, и что он её не выгонял.
Выбор между остаться и уйти был таким тяжёлым, что спустя месяц Олю было не узнать — похудевшая, бледная, уставшая, она шла в ЗАГС, словно её связали и тащили туда насильно.
— Не передумала? — усмехнувшись, спросил её Игорь.
— Нет, — как можно увереннее ответила она.
Он звонил ей спустя время, извинялся и просил вернуться, но Оля уже пережила всё самое трудное и сама удивлялась, как могла жить с таким человеком. Теперь она радовалась тому случаю с путешествием, наконец, открывшему ей глаза.
