— Ой, с ремонтом такая незадача вышла, — слащаво вздохнула Людмила, будто её неудачи были лишь мелочью. — Мастера подвели, материалы не те привезли. Придется ещё немного у вас пожить.
— Сколько? — сдавленно прошептала Катя, чувствуя, как дрожь пробегает по телу. Это было невыносимо.
— Ну, месяца два-три, не больше, — совершенно беззаботно ответила свекровь, как будто всё это — какая-то пустяковая прихоть. — А что такого? Мы же не мешаем!
Катя ощутила, как у неё потемнело в глазах. Два-три месяца? Ещё два-три месяца этого абсурда? Когда, как, почему — это не могло быть правдой.
— Сашенька, — вдруг сказала Людмила, как будто поняв, что пришёл её момент, — а может, нам вообще не спешить с ремонтом? Продадим нашу квартиру, а здесь все вместе жить будем? Места хватит!
Катя почувствовала, как сердце екнуло. Квартира её! Это был её дом, достался от родителей, и теперь свекровь хочет… Что?!
— Отличная идея, мам! — воскликнул Саша, сразу оживившись, будто только этого не хватало в его жизни. — Правда, Кать? Ты вот ничего не успеваешь, а так помочь будет.
Николай, как всегда в стороне, но уверенно:
— Правильно! Молодым нужна поддержка старших. Мы и с внуками поможем, когда появятся.
Катя медленно опустилась на стул, пытаясь собраться с мыслями. В голове звенело от возмущения и обиды. Когда? Как? Почему? Когда успела её жизнь превратиться в этот абсурд?
— Нет, — твёрдо сказала Катя, как будто это слово могло вернуть ей контроль над реальностью.
— Что? — Людмила обернулась, не веря своим ушам.
— Я сказала — нет, — повторила Катя, стоя на своём. — Это моя квартира. И я не собираюсь…
— Твоя? — перебила её свекровь, зловеще улыбнувшись. — А как же семья? Саша, ты слышишь, что твоя жена говорит?
Саша нахмурился, недовольно поджимая губы:
— Катя, ну что ты начинаешь? Мама дело говорит. Вместе же проще…
— Проще? — Катя резко встала, ощущая, как ярость захлестывает её. — Проще жить под постоянным контролем? Терпеть, как в моем доме командуют чужие люди?
— Какие мы тебе чужие? — возмутилась Людмила, не веря своим ушам. — Мы родители твоего мужа!
— И что? — Катя повысила голос, чувствуя, как её терпение на исходе. — Это даёт вам право распоряжаться моей собственностью?
Саша вскочил, будто поражённый молнией:
— Прекрати кричать на маму! Что с тобой случилось? Раньше ты была такой понимающей…
Катя сжала кулаки, пытаясь удержать эмоции:
— Понимающей? Да, была. Пока вы не начали превращать мой дом в «казарму».
— Как ты смеешь так выражаться! — Людмила, конечно, не могла упустить момент. — Саша, ты слышишь, что она говорит?
Саша, потерянно переводя взгляд с матери на жену, словно не знал, как поступить:
— Катя, давай всё спокойно обсудим…
— Нет, Саша, — Катя выпрямилась, готовая к последнему слову. — Хватит. Я молчала полтора месяца. Терпела, как мою кухню перестраивают, как мои вещи переставляют, как мной командуют в моем же доме.
— Мы просто хотели помочь, — вмешался Николай, как всегда на стороне свекрови. — Навести порядок…
