В спальне Ольга устало опустилась на край кровати: — Витя, мы же вроде обсуждали это. Я больше не могу так…
— Да брось, ты же всегда любила, когда у нас гости! — он присел рядом, пытаясь обнять её за плечи.
Ольга отстранилась: — Любила, когда они приходили раз в месяц, а не жили у нас каждый выходной. Я хочу отдохнуть дома, а не обслуживать твоих друзей.
— Но они же сами всё купили! Никого обслуживать не надо…
— А посуда? А уборка? А это вечное «Оль, а где у нас полотенца? Оль, а чайник как включать?»
За стеной раздался взрыв смеха — видимо, кто-то рассказал удачную шутку. Виктор поморщился: — Ты преувеличиваешь. Подумаешь, зашли друзья поиграть…
— Хорошо, — Ольга встала, начиная собирать сумку. — Тогда я еду к Тане. Пусть твои друзья живут здесь хоть всю неделю.
— Ты что, серьёзно? — в голосе Виктора появились нотки раздражения. — Из-за такой ерунды…
— Ерунды? — она резко повернулась к нему. — То есть моё желание побыть дома в тишине — это ерунда? Моя усталость после работы — ерунда? Знаешь что, делай что хочешь. Но если в следующие выходные ты снова устроишь здесь гостиницу — я уеду к маме. И не на день.
Она застегнула сумку и вышла из спальни, оставив Виктора в растерянности смотреть ей вслед. В прихожей натолкнулась на Павла, который, кажется, всё слышал — он виновато отвёл глаза.
— Приятного вечера, мальчики, — бросила она, захлопывая за собой дверь.
Уже в машине, набирая номер подруги, Ольга почувствовала, как по щекам текут слёзы. Неужели Виктор действительно не понимает, что для неё это не просто каприз? Или просто не хочет понимать?
Следующим утром Виктор проснулся в пустой квартире. Тишина, которая обычно его не беспокоила, теперь давила на уши. Он механически сделал себе кофе, но вкуса не чувствовал. Взгляд то и дело возвращался к входной двери — может, Ольга вот-вот вернётся? Телефон молчал — ни звонка, ни сообщения.
После вчерашнего ухода жены ребята быстро засобирались домой, бормоча что-то про неотложные дела. Виктор даже не пытался их останавливать. Всю ночь он ворочался в постели, прокручивая в голове их разговор. Неужели он действительно перегнул палку с этими постоянными посиделками?
К обеду он не выдержал и поехал к матери. Нина Петровна как раз возилась в своём небольшом палисаднике, когда он припарковался у дома.
— Витенька? — она удивлённо приподняла соломенную шляпу. — Что случилось? Ты же обычно по выходным…
— С друзьями? — невесело усмехнулся он. — Вот об этом и хотел поговорить.
Через полчаса они сидели на веранде. Перед Виктором стояла чашка с малиновым чаем — мама всегда заваривала его в особых случаях. Он только что закончил рассказывать о вчерашнем.
— Знаешь, сынок, — Нина Петровна задумчиво помешивала ложечкой в своей чашке, — когда твой отец был жив, у нас тоже такое было…
Виктор удивлённо поднял глаза: — Правда? Я не помню…
