— Я бы хотел понять, на какую сумму можно рассчитывать.
— Если найдете компромисс с сестрой, получится больше. Если продавать только вашу долю — цену придется снижать.
За спиной послышался звук открывающейся двери.
— Какой компромисс?
Антон обернулся. Елена стояла в коридоре, сжимая в руках ключи. За ней появилась мать, укутанная в пуховый платок.
— Ты притащил сюда постороннего человека?! — сестра шагнула вперед. — Ты вообще понимаешь, что делаешь?
— Я всего лишь узнаю стоимость, — попытался спокойно объяснить Антон.
— Узнаёшь стоимость нашего дома? — Наталья Петровна медленно качнула головой.
Риелтор смутился, шагнул назад.
— Может, я позже…
— Да, вам лучше уйти, — перебила его Елена.
Антон сжал челюсть, но промолчал. Риелтор кивнул, быстро пожал ему руку и ушел.
Тишина повисла в воздухе, тяжёлая, как грозовое небо перед ливнем.
— Так вот как теперь? — Елена смотрела на брата с презрением. — Решил всё сделать за нашей спиной?
— А у меня есть выбор? — взорвался Антон. — Вы не хотите договариваться!
— Договариваться? О чем?! О том, чтобы продать дом, в котором мы выросли?!
— Дом… — Антон горько усмехнулся. — А ничего, что это не просто «дом»? Это имущество, понимаешь? Недвижимость. И ты тоже собственник, так что хватит играть в жертву!
— А ты хватит вести себя как торговец, — тихо сказала мать. — Деньги, доли, продажи… Когда твой отец покупал эту квартиру, он думал о нас. О тебе, о Лене. Он думал, что вы будете приходить сюда со своими детьми. Что у нас всегда будет место, где можно собраться. А ты теперь хочешь всё это продать.
Антон почувствовал, как внутри поднимается злость.
— Папа умер, мама. Ты понимаешь? Его нет. Это больше не семейное гнездо. Это просто стены.
Наталья Петровна смотрела на него долго. Потом кивнула.
— Значит, у тебя здесь больше ничего нет.
Антон прищурился.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Хочешь продавать — продавай. Но знай: пока ты об этом думаешь, дверь сюда для тебя закрыта.
Елена шагнула ближе к матери, словно подчеркивая, на чьей она стороне.
— Ты сам делаешь этот выбор, — бросила она.
Антон молча развернулся и ушёл. На лестнице остановился, уткнулся спиной в холодную стену и выдохнул.
Антон долго не появлялся в родительской квартире. Месяц, потом второй. Он звонил матери, но трубку брала Елена. Говорила одно и то же «Мама не хочет с тобой разговаривать».
Жена Антона, Ольга, старалась его поддержать, но тоже не скрывала раздражения.
— Ты не можешь просто тянуть с этим. Либо продавай, либо забирай свою долю деньгами.
— Какими деньгами? — вздохнул Антон.
— Пусть берут кредит. Пусть хоть в долг у кого-то займут. Это их проблема. Ты, между прочим, не чужой человек в этой квартире.
Слова жены звучали логично, но Антон понимал: мать и сестра не пойдут на это. Они скорее будут терпеть его вечное присутствие в документах, чем продадут хоть часть квартиры.
Но попробовать всё же стоило.
Он позвонил Елене и договорился встретиться.
