Марина проснулась раньше будильника. Сначала ей показалось, что она просто повернулась неудачно, но потом она услышала звук — тихий, но раздражающий.
Глухой стук посуды. Шорох пакета.
Она потянулась за телефоном, посмотрела на экран. 05:12 утра.
Кто мог встать в такую рань?
Марина осторожно села на кровати, прислушалась. В соседней комнате — тишина, значит, Артём ещё спит.
Она встала и вышла в коридор. Свет на кухне горел.
Марина замерла на пороге.
У плиты стояла её дочь, двенадцатилетняя Лена.
Она держала венчик в руках и мешала что-то в глубокой миске. Глаза покрасневшие, волосы спутанные, на лице усталость.
А за столом сидела Ольга Васильевна, свекровь Марины. В домашнем халате, она равнодушно наблюдала за девочкой, изредка цокая языком.
— Лена, что ты тут делаешь?! — голос Марины прозвучал резче, чем она хотела.
Дочка вздрогнула, венчик выпал из рук. Яичная смесь залила стол.
— Мама… — Лена испуганно посмотрела на неё. — Бабушка сказала… что женщина должна вставать первой и кормить семью.
Марина перевела взгляд на свекровь. Та даже не удосужилась посмотреть на неё.
— Ты заставила мою дочь вставать в пять утра?
Ольга Васильевна пожала плечами:
— А что такого? В мои годы я уже корову доила. Девочке полезно научиться работать. Не привыкнет — останется никем.
Лена — не родная дочь Артёма. Она появилась у Марины ещё до него — маленький, светловолосый комочек, рожденный в неудачном первом браке.
Отец Лены ушёл, когда девочке не было и года. Артём появился в их жизни, когда Лене исполнилось шесть. Он никогда не называл её «падчерицей», никогда не делил на «своих» и «чужих». Но его мать считала иначе.
— Ты не имеешь права так с ней обращаться, — ледяным голосом сказала Марина.
— Да что ты знаешь о правах? Я жизнь прожила!
Она повернулась к Лене и недовольно посмотрела на пролитые яйца.
— Руки у тебя из одного места. Ещё и неуклюжая.
Лена быстро отвернулась, но Марина заметила, как у неё задрожали губы.
Всё.
Этого было достаточно.
— Лена, иди в кровать.
— Она не ляжет! — голос свекрови стал резче. — Ты её распустила! Дети должны учиться!
Марина медленно вдохнула.
— А ты собираешь вещи.
Ольга Васильевна резко подняла голову.
— Что ты сказала?
— Я сказала, ты собираешь вещи.
— Ты выгоняешь меня?
— Ты унижаешь моего ребёнка. А в этом доме так нельзя.
Свекровь вскочила, стул со скрипом отъехал назад.
— Да ты меня ещё пожалеешь! — её лицо покраснело. — Ты вообще кто такая?! Я мать Артёма! Ты думаешь, он тебя поддержит?
В этот момент в коридоре послышались шаги.
Артём стоял в дверях, заспанный, в мятой футболке.
Он посмотрел на мать, потом на Марину.
— Что тут происходит?
— Твоя мать разбудила Лену в пять утра, чтобы та готовила завтрак.
Артём перевёл взгляд на свекровь.
— Мам… это правда?
Ольга Васильевна не смутилась.
— Я учу её быть женщиной. А не тряпкой.
— Это не воспитание, а издевательство.
В её голосе было столько спокойной ярости, что даже Артём поморщился.
— Она чужая тебе, — свекровь перешла в наступление. — Она не твоя дочь!
