— Наталья, кто вы такая и что значит ваш визит? — Галина теряла терпение.
Наталья уселась на кухонный табурет, положила ногу на ногу, посверкивая лакированной туфелькой, и с циничной улыбочкой на губах произнесла:
— А я гражданская жена твоего покойного мужа!
Галина надеялась, что она ослышалась. Даже внезапно свалившееся сумасшествие ее вполне устроило. Черт с ним, Галина даже смирилась бы, если это была бы шутка.
— Чего застыла? — спросила Наташа. — Чаем, может, угостишь? Коллеги, в какой-то мере. Или, как там, сестры по мужчине!
Недружелюбной Галина никогда не была, но сейчас так и подмывало взять что-нибудь тяжелое и стереть эту отвратительную улыбку с лица гостьи.
— А что, вам нужно? — выдавила из себя Галина, стараясь удержать внутри все то, что хотелось бы добавить к вопросу, чтобы сделать его более красочным и менее культурным.
— А за наследством я, — наивно произнесла Наташа. — У нас с Никитой двое детей. Дочки! Одной — десять, второй — четыре. Никита, конечно, отцом не записан, но через суд анализ ДНК подтвердит. — Наташа постучала лакированным алым ногтем по столу: — Дети не виноваты, что их папочка… тряпкой оказался, чтобы официально их признать.
Гостья достала из кармана телефон.
— Ты не волнуйся, — сказала Наташа, — я не обманщица какая-то, у меня все доказательства есть.
Она положила телефон на стол и разблокировала экран.
— Фотографии, переписка. Прошу, ознакомься, — Наташа откинула волосы за спину, — я все равно в суд пойду, а это улики. Мне скрывать нечего.
Галина на автомате взяла телефон. Стоило ли? Зачем ей лишняя боль?
С фотографий на нее смотрел ее Никита, такой же улыбающийся, только обнимал он не ее, а Наташу.
И на руках носил не Кирилла, а Наташиных дочек…
Ее Никита.
А переписка?
Галина узнавала даже фирменные словечки своего мужа. Только он так нелепо коверкал слова и делал однотипные ошибки.
Никаких сомнений — у ее мужа была вторая семья. Женщина и двое детей.
А вот что было обиднее всего, что первая дочь у него родилась, когда Кирилла еще не было, они тогда переживали восстановление Галины после выкидыша.
А вторая родилась, когда уже Кирилл был. То есть, даже рождение сына его не остановило прекратить двойную жизнь.
Там где обида, там рождается и злость.
— А о каком наследстве вы говорите? — твердо спросила Галина, отдавая телефон.
— Все его наследство! — Галина посмотрела в глаза Наталье. — Это искореженный мотоцикл и участок метр на два!
— Вот только не надо мне баки заливать! — Наташа скрестила руки на груди. — Квартирка у вас уютная. Как минимум половина должна достаться моим дочкам!
— Нет, — ответила Галина, — это моя квартира.
— Нажитое в браке считается общим имуществом.
— Нажитое — да, а эту квартиру я купила до брака на деньги, что были выручены от продажи фермы моего деда. А Никита, кстати, тут даже прописан не был.
Наташа шумно выдохнула:
— Бизнес у него был!
