Лариса уже плохо слышала, о чём говорила Тамара Игоревна. Ей жизненно важно было помочь матери, заполнить свою душевную пустоту и попытаться снова наладить с ней отношения.
Сейчас, когда Лариса спасет ее жизнь, Тамара Игоревна, может быть, наконец оценит свою дочь, а Лариса сможет услышать от матери хоть какие-то тёплые слова, которых она никогда не слышала от неё.
— Я дам тебе деньги.
Глаза матери радостно блеснули:
— Мне бы поскорее. Я бы оплатила всё прямо сейчас и сразу бы на госпитализацию легла. Доченька, как же я тебе благодарна!
— Мам, давай сядем и поговорим. Хочу понять, почему ты так поступила со мной. Почему не приехала в детский дом? Почему? Отец ничего тебе не сказал про меня? Или ты не поддерживала с ним связь? Я хочу разобраться.
— Лариса! — почти выкрикнула Тамара Игоревна, вытирая выступивший на лбу пот. — Я могу умереть, а ты мучаешь меня расспросами. Сделают мне операцию, дай бог, жива останусь и всё тебе расскажу. Нашла время! Не рви мне душу!
И снова Лариса почувствовала себя виноватой. Пошла в спальню к сейфу, в котором они с Сергеем хранили деньги, достала несколько пачек.
Услышав в гостиной мужской голос, Лариса вздрогнула. Она узнала голос Олега.
Брат пришёл вместе с Сергеем. Тамара Игоревна, сидевшая в гостиной на диване прямо в пальто, испуганно смотрела на них и молчала…
— Не вздумай давать ей деньги! — Олег зашёл к сестре и, выхватив из её рук деньги, положил их обратно в сейф, а потом запер его.
— Зачем ты лезешь? — Лариса попыталась снова открыть сейф, но пальцы дрожали и не слушались её. — Это моя мать, я сама с ней разберусь. Ей деньги нужны, чтобы жизнь спасти, а ты лезешь!
— Лариса! Услышь меня! У этой женщины каменное сердце! — брат схватил её за плечи и потряс Ларису. — Нет никакой болезни! Не будет никакой операции! Твоя мать разводит тебя на деньги! Ей некуда больше идти и не у кого просить в долг! Она заложила вторую долю в своей квартире, чтобы спасти своего сожителя от ка_рточ_ных долгов!
Лариса уставилась на брата. Потом медленно вышла в гостиную, посмотрела на мать.
Тамара Игоревна поднялась с дивана, гордо вскинула голову и сквозь зубы сказала:
— Лучше бы ты тогда и вправду сд_охла!
И снова слова матери стали настоящим ледяным душем. Лариса тяжело дышала, смотрела на Тамару Игоревну и едва сдерживала свое желание подойти к матери и влепить ей пощёчину.
Сергей подошел к жене и обнял её. Этот порыв мужа стал настоящим спасением для Ларисы.
— Уходи! — сказала она. — И никогда больше не появляйся на пороге моего дома.
— Так и сделаю! — ответила мать, а уходя, обернулась и сказала. — Пётр приходил ко мне тогда… после визита к тебе в детский дом. Просил, чтобы я тебя забрала. Мол, знай, что дочь жива и ждёт тебя! Как будто я не знала об этом! Умолял меня восстановить родительские права и снова привести тебя в дом.
