— Может быть, купим мне какую-нибудь новую футболку с шортами? Жарко очень, а у меня мало летних вещей.
— Зачем покупать?
— Ну как — к маме на день рождения идти, не пойду же я в старых вещах.
— Наташа, тут вот какое дело, — Василий замычал, подбирая слова. — В общем, на день рождения будет Марина и Кристина, я думаю, что не стоит тебе там показываться. У нас это традиция, даже когда мы с Маринкой развелись, все равно мама приглашает ее, внучку и родителей Марины, они очень дружат.
— Да мне как-то все равно до них, я нормально на это реагирую, ну и пусть приходят. Я буду спокойно себя вести.
— Видишь ли, м-м-м, мама не хочет, чтобы ты приходила. Она только Маринку считает моей женой, хоть это и абсурдно.
— Понятно. Значит, я не иду?
— Да и я там буду всего какой-нибудь часик, не переживай, и сразу домой поеду.
Ну что ж, пока ее не приняли, как свою, надо потерпеть. Василий уехал на день рождения мамы в обед, и приехал только поздним вечером — веселый и хмельной.
— Глянь, что я тебе привез!
Он развернул бумажный пакет и выложил на блюдо три кусочка шашлыка. Он смотрел на Наташу с таким восторгом от своего такого трофея с праздника, будто бы протянул ей колечко с бриллиантом, делая предложение.
— Это я тиснул со стола, — признался Вася гордо. — Там шашлыки разметали, но я успел их для тебя тихонечко выудить.
— Спасибо, — грустно произнесла Наташа. — Я потом их съем, можно?
— Как хочешь, я пойду спать пока. Попробуй — мы эти шашлыки с Маринкой готовили.
Василий заснул. Наташа долго сидела в тишине на кухне, глядя на эти три кусочка шашлыка. Вот ради этого она сюда приехала? Ни любви, ни уважения, ни внимания. Ведь Наташа чувствовала, что нельзя ехать с малознакомым человеком, тем более он не обещал золотые горы — просто предлагал ей уехать с севера. Ну и что, что сказал, что любит, слова любые можно подобрать, если человек выгоден. Наташа вкусно готовит, Вася не промах поесть, может быть и есть в этом их союз? Да что тут уж греха таить — близость в постели бывает не так уж и частой, значит, Василий не совсем ею дорожит?!
Наташа взяла мусорный мешок и вышла на улицу, держа в руках бумажный пакет с тремя кусочками шашлыка. Как обычно, около мусорных контейнеров ее ждала ватага уличных котов. Привыкшая к этой облезло-пушистой компании, Наташа скинула им на землю эти три кусочка, голодные коты налетели на них мяукая и расталкивая друг друга. Ну вот, хоть кто-то порадовался такой мясной пирушке. Котам это жизненно важнее, чем Наташе, для которой эти три кусочка поперек горла бы встали.
А на работе была Татьяна — еще одна повариха, женщина сорока восьми лет. Она относилась к Наташе как к дочке, хоть своих детей у нее не было, и личная жизнь у нее не сложилась. Она, как Наташина мама, не была высокоинтеллектуальной дамой, а была простой женщиной со своими тяготами и заботами — тянула мать-старушку со всеми ее лежачими болезнями, которая почти впала в детство. Наташа иногда делилась с ней своими мыслями и секретами.
