Чёртова машина. Опять чихает на поворотах. Инна поморщилась, выруливая со двора — надо бы сказать Лёше, пусть посмотрит. Хотя когда ему смотреть? Вечно на работе допоздна.
Ладно, до дачи как-нибудь дотянет. Май на дворе, рассада заждалась, ещё неделя — и будет поздно высаживать. Хорошо хоть муж машину оставил, а то тащись с пакетами в электричке.
Солнце било в глаза. Щурясь, Инна на ощупь открыла бардачок — очки должны быть там. Пальцы наткнулись на что-то твёрдое, прямоугольное.
Телефон? Старенький такой, в потрёпанном чехле.
— Вот чудак, — пробормотала она. — Зачем ему второй? У Лёши был нормальный смартфон, дорогущий, он им гордился как ребёнок новой игрушкой: и камера крутая, и документы можно смотреть, и почта всегда под рукой. «Без этого сейчас в моём деле никак, — говорил он. — Клиенты фотографии объектов требуют в ту же минуту».
Инна покрутила находку в руках. Нажала кнопку — экран загорелся. Никакого пароля, просто заставка — какие-то абстрактные линии.
«Не лезь, — мелькнула мысль. — Это его личное».
Тридцать лет вместе, и ни разу она не копалась в его карманах, не читала переписки. «В семье главное — доверие», — любил повторять Лёша. И она верила. А что ещё оставалось? На допросы вызывать мужа, обыски устраивать?
Палец сам коснулся иконки мессенджера.
Всего два контакта. Один подписан коротко: «А.». Второй: «Малышка».
Малышка?
Сердце забилось где-то в горле. Они с Лёшей тоже иногда называли друг друга всякими глупостями: «зая», «котик». Но «малышка»?
«Стой, — одернула она себя. — Может, это какая-нибудь коллега. Или шутка офисная. Сейчас дурацкая мода на эти кривляния».
Инна нажала на диалог. И замерла.
«Скучаю. Завтра постараюсь вырваться пораньше».
Ответ: «Жду. Привези то, о чём говорили».
На дрожащих ногах она вышла из машины, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Присела на лавочку у подъезда. Воздух, нужен воздух.
Глупо. Что она себе вообразила? Может, он просто…
Нет. Инна открыла телефон снова, пролистала выше. Переписка не на один месяц. Фотографии — какие-то здания, интерьеры. Селфи Лёши — но какого-то незнакомого, будто помолодевшего, с другой улыбкой. И женщина. Молодая, блондинка с ярко накрашенными губами и родинкой над верхней губой.
Голосовые сообщения. Непослушным пальцем Инна ткнула в одно.
«Леш, ну ты где? Я уже полчаса жду. Если не можешь, так и скажи, я поеду домой».
Высокий, с лёгкой хрипотцой голос. Женщине от силы тридцать пять.
Выше, ещё выше. Какие-то суммы, номера карт. «Перевёл тебе, проверь». «Спасибо, дорогой, получила».
В ушах застучала кровь. Воздуха не хватало.
Это не могло происходить с ней. Не с её браком. Не с Лёшей — надёжным, скучноватым, вечно усталым.
Она выключила телефон, сунула обратно в бардачок. Руки ходили ходуном. Сделав несколько глубоких вдохов, Инна завела машину. До дачи сорок минут езды, надо собраться, иначе в кювет улетишь.
К вечеру она посадила только половину рассады. Руки делали, а голова была забита телефоном, чужим голосом, «малышкой».
