-Здравствуйте! Я по объявлению насчет комнаты!
На пороге квартиры, где жила Жанна Игоревна, стояла настоящая «серая мышь»: одета в какие-то потертые джинсики, застиранную футболочку, на ногах «мыши» красовались изрядно поношенные кроссовки, а в руках она держала сумку тоже не ахти какую. Светлые волнистые волосы были собраны в простецкий хвост. На лице ни грамма косметики. Единственное, чем могла привлечь к себе внимание эта «бледная немочь» — были глаза. Огромные, синие и ясные… Внимательно приглядевшись к девушке, Жанна Игоревна кивнула головой: «заходи!»
-Значит так, моя дорогая, электричество зря не жечь, воду не лить, поэкономнее, понятно?! И чтоб чисто было! И никаких гостей! Вопросы есть?
Девушка улыбнулась и кивнула головой: «да, хорошо!»
-Покладистая — подумала Жанна — Большая редкость в наше время… Сразу видно, из села приехала.
Из дальнейшей беседы выяснилось, что девушку зовут Елизавета и она действительно приехала из деревни, где у ее семьи есть собственная ферма, а сама она приехала учиться на ветеринара.
-Понятно! Свиней будешь лечить! — подвела итог Жанна Игоревна.
Елизавета даже тени обиды не показала, только улыбнулась: -И свиней, и коров, и лошадей, а также кошечек, собачек — всех! Животные ведь тоже болеют.
-Ну да, ну да! Тут людей некому лечить, зато свиней — пожалуйста! — искренне возмутилась женщина.
***
В целом, квартирантка производила на Жанну приятное впечатление: скромная, не наглая, тихая, послушная, аккуратная, порядок в квартире наведёт, поесть себе приготовит да еще и хозяйку угостит.
Особенно Елизавете удавались блинчики: аппетитные, тонкие, как папиросная бумага, ноздреватые и румяные. Жаннина рука сама тянулась за таким угощением! Эти блинчики были просто чудо кулинарного искусства: они тут же таяли прямо во рту, не успевая долететь до желудка.
Жанна Игоревна и Елизавета, можно сказать, даже подружились, и иногда коротали вечера за чашкой чая.
И всё, наверное, у них сложилось бы хорошо, и Елизавета спокойно закончила свой ВУЗ, проживая на съемной квартире у Жанны Игоревны. Но тут после полугодовой вахты, с Севера вернулся сын женщины — Михаил. Крепкий молодой мужчина, можно даже сказать — красавец («весь в отца» — со вздохом думала его мать).
Сама Жанна Игоревна любила называть любимого сыночка на французский манер «Мишель». Сам молодой человек от такого обращения морщился, как от зубной боли, но терпел: «мама же всё таки».
Надо сказать, что воспитывала она сына в одиночку, и, видимо, на этом основании считала его своей собственностью.
Наверное, поэтому, тот факт, что ее Мишель мило беседует с квартиранткой на кухне, и с аппетитом пожирает её блинчики, поверг Жанну в шоковое состояние. И ладно бы только блинчики! Этот «паршивец» попутно еще пожирал глазами эту «доярку». Жанна Игоревна от этого открытия просто поседела на месте.
-У моего сына совсем нет вкуса! — ужасная мысль пронеслась в голове у сыновладелицы.
***
