Неудивительно, что к пятидесяти годам у Валентины Петровны не было подруг или хотя бы хороших знакомых. Она привыкла добиваться всего, чего хотела, любой ценой. Про таких людей говорят, что они идут по головам ради достижения своих целей.
Почему-то Валентина Петровна считала, раз на профессиональном поприще это работает, то и в семейных отношениях должно быть так же. Но реальность оказалась совершенно иной. Когда Света была подростком и начала проявлять свою индивидуальность, Валентина Петровна испытывала настоящий шок от ее внешнего вида: синие пряди в волосах, яркие короткие юбки, яркая помада. От всего этого у Валентины Петровны начинала болеть голова.
Она просто выбрасывала те вещи, которые ей не нравились, пока дочери не было дома. Когда Света обнаруживала пропажу, она покупала новые вещи. Валентина Петровна устраивала скандалы, прибегала к различным лишениям, а когда это не срабатывало, объявляла дочери бойкот.
Валентина Петровна должна быть благодарна своей дочери, что та, несмотря на свои обиды, помогала и поддерживала ее в трудные времена. Но даже в этом случае Валентина умудрялась испортить все, манипулируя чувствами Светланы.
***
— Пап, зачем ты снова пустил мать к себе домой? Новогодние праздники. Неужели ты с тетей Таней ничего не планировал? — поинтересовалась у отца Света.
— Планировал, конечно, — с грустью в голосе ответил тот. — Мы как раз сейчас собираемся в кино.
— Я не понимаю откуда у тебя столько терпения, — возмутилась дочь. — У матери есть свое жилье. Ты и так жил по ее указке больше двадцати лет. Хватит!
— Света, давай поговорим об этом позже. Мне не совсем удобно, понимаешь? — с намеком, произнес Дмитрий Леонидович.
— Ладно, тогда я сама все сделаю, — бросила на прощание Света.
Спустя час девушка стояла на пороге квартиры отца, где во всю хозяйничала Валентина Петровна.
— Не ожидала тебя увидеть! Значит, к отцу ты чаще наведываешься, чем к родной матери? — язвительно произнесла она.
— Нам нужно поговорить, — коротко сказала Света, снимая пуховик.
— Что ты! — возмущенно ответила Валентина Петровна,
— Ну? Я тебя слушаю, — женщина облокотилась на тумбу, скрестив руки на груди.
— Это я тебя слушаю! Почему ты снова здесь? — напустилась Светлана.
— А где же мне еще быть? — вопросом на вопрос ответила Валентина Петровна.
— Это отцовская квартира, а ты свою продала три года назад, когда хотела выглядеть в глазах окружающих лучше, чем ты есть. Вот и живи в своей машине! Что-то ты не спешишь ее продавать, — наклонив голову, Света с недовольно гримасой посмотрела на мать.
— И что? Мы здесь прожили двадцать три года счастливого брака, — парировала мать.
— Для кого он был счастливым? Может, для тебя, которая сбежала при первой же возможности? Или для отца, который только после развода начал жить по-настоящему. А может я была счастлива в той семье, где ты всем затыкала рот? — Светлана перешла на крик. — Уймись уже! Живи своей тихой, спокойно жизнью и не трогай нас. Отец к тебе не вернется, прими это, наконец!
