Расстались в полном молчании: Ольга Петровна — в отличном настроении, полная веры в счастливое будущее, остальные — в отвратительном: на жилплощадь возлагались кое-какие надежды.
Хорошая квартира ушла быстро — жених торопил: ему, действительно, были нужны деньги. Поэтому, часть вещей отдали будущим хозяевам, а часть раскидали по соседям: это бабе Леке больше не понадобится.
И счастливая невеста, получив всю сумму, в тот же час перевела ее на предусмотрительно указанный номер карты: мужчина хотел все срочно вложить в дело.
Перевела и стала ждать: по ее уразумению, Павлуша должен был сразу позвонить и поблагодарить своей обычной фразой:
«Спасибо, птичка моя. Люблю!»
Но никто не позвонил. А номер любимого оказался, почему-то, недоступен.
«Наверное, что-то случилось!» — думала расстроенная баба Лека.
«Попал в больницу или избили местные хулиганы и отобрали деньги».
Да мало ли, что может случиться в наше неспокойное время.
Женщина впала в панику: неплохо было бы с кем-нибудь посоветоваться. Но родственники трубку брать перестали, а подруги, которым она уже неосторожно разболтала о предстоящем замужестве, просто обрадовались бы: фиг тебе, а не замужество, старая слепая курица!
Но было ясно, что нужно лететь. И Ольга Петровна, выкушав пару таблеток, стала собираться. А назавтра утром, заняв денег у соседей, вылетела в известном направлении: телефон Павла Петровича по-прежнему не отвечал.
Сразу поехала к нему домой: может быть, ему, тяжелобольному, нужна ее помощь?
На звонок вышел злой незнакомый дядька, и сказал, что его уже задолбали ба.бы этого ко***ля:
— Вы — девятая, кто приходит его искать за последнее время.
Он хозяин этого дома, который сдает. А Пашка все время снимает этот особняк, чтобы кидать пон. ты. И в конце дядька добавил совершенно по-хамски:
— Прочисти зе.нки, бабка! Где ты и где Пашка? Он — квалифицированный аль.фонс с опытом, а ты — просто очередная жертва!
И, заметив в руках небольшой чемоданчик, посоветовал вернуться домой: все равно Пашку не найдешь!
И, за сим, откланялся и закрыл перед носом у Ольги Петровны, сразу превратившейся в старуху, дверь.
Оставался еще один шанс: пойти в ресторан, принадлежавший жениху: они там неоднократно обедали.
Но когда она озвучила просьбу найти владельца этого замечательного заведения, поднялся гомерический хохот: ресторан вовсе не принадлежал Павлу Петровичу — ее в очередной раз накололи.
Старую женщину накрыло. Она машинально купила мороженое и села под уже нежарким осенним солнцем на лавочку, на которой они часто сидели с любимым вместе.
Прошло всего немного времени, а как все изменилось: денег было в упор даже на обратную дорогу.
Можно было бы, конечно, пойти в милицию, но было очень стыдно. И стыд покрывал даже чувство от потери большой суммы.
В голове были два извечных вопроса: Кто виноват и что делать?
