— Ты пожалеешь об этом, — процедил он сквозь зубы и направился к шкафу.
Марина опустилась на край кровати. Только сейчас она заметила, что её руки дрожат. Неужели всё? Пять лет вместе, планы, мечты… и вот так просто всё рушится?
Она смотрела, как Дмитрий швыряет вещи в спортивную сумку. Его движения были резкими, на лице застыла злоба.
— Ты даже не спросишь, что там было на самом деле? — тихо произнесла Марина.
— А что спрашивать? — он не повернулся к ней. — Я всё видел своими глазами.
— И что же ты видел?
— Как он держал тебя за руку, — Дмитрий сжал кулаки. — Как вы смеялись. Как он провожал тебя до машины.
Марина закрыла глаза. Теперь понятно. В тот вечер они с Сергеем действительно задержались. Презентация была готова, они радовались успешно завершённому проекту. И да, он взял её за руку — чтобы помочь спуститься по скользким ступенькам офиса.
— Дима, это просто рабочие отношения.
— Да ну? — он резко развернулся. — А почему тогда ты никогда не рассказывала мне о нём? Почему у тебя краснеют щёки, когда звонит «коллега»?
Марина почувствовала, как к щекам приливает кровь. От гнева, не от смущения.
— Потому что ты всегда так реагируешь! — она повысила голос. — Я перестала рассказывать тебе о работе, потому что ты тут же начинаешь устраивать допросы. Кто, с кем, как долго?
Дмитрий фыркнул: — И правильно делаю! Посмотри на себя! Вся расцвела с этим своим…
— Его зовут Сергей, и он женат, между прочим! У них с женой трое детей!
Это заставило Дмитрия замолчать, но лишь на мгновение.
— Будто это кого-то останавливает, — буркнул он, застёгивая сумку.
Марина подошла к окну. За стеклом просыпался город, люди спешили на работу, жизнь шла своим чередом. А у неё внутри всё рушилось.
— Знаешь, — сказала она, не оборачиваясь, — я думаю, нам действительно нужно пожить отдельно. Хотя бы немного. Чтобы разобраться.
— Разобраться в чём? — Дмитрий швырнул сумку на пол. — В том, что моя жена… встречается с другими?
Марина резко повернулась: — Я не встречаюсь ни с кем! Но ты… ты меня не слышишь! Ты не хочешь видеть очевидного — твоя ревность разрушает нас!
Её слова повисли в воздухе. Дмитрий молчал, и в этой тишине Марина вдруг поняла, как давно они не разговаривали по-настоящему. Как давно она не чувствовала себя услышанной.
— Почему ты так не веришь мне? — тихо спросила она.
Дмитрий сел на край кровати и опустил голову: — Потому что все так делают. Моя мать изменяла отцу. Постоянно. Я видел, как она врала ему в глаза.
Марина замерла. За пять лет брака он ни разу не рассказывал об этом. Ни слова о своих родителях, кроме сухих фактов.
— Дима, — она осторожно присела рядом, не касаясь его, — я не твоя мать. И ты не твой отец.
— Разве? — он поднял глаза, и она увидела в них боль. — Я становлюсь точно таким же.
В этот момент что-то дрогнуло внутри Марины. Она впервые увидела, что за маской подозрительности скрывается глубокая рана — рана, которую он носил в себе с детства.
— Почему ты никогда не рассказывал мне?
