Эти слова Светлана бросила когда-то, выходя замуж в третий раз. Маргарита, не сдержавшись, спросила:
— Не кажется, что опять не в ту сторону?
— Главное — не в одиночку! — отрезала та.
Сёстры всегда были разными. Маргарита с детства любила порядок: тетради в линеечку, планы на год, контроль над каждой копейкой. Светлана же жила как мотылёк: яркие романы, долги, скандалы. Всё громко, на показ — и часто за чужой счёт.
После института Маргарита устроилась бухгалтером. Мечтала о своей квартире — без упрёков, чужих глаз, проверки сумок. Начала с малосемейки — серой, сырой, но своей. Вставала в шесть, возвращалась затемно, ела пельмени и спала по пять часов. Потом повышения, курсы, премии… В тридцать два — двушка в ипотеку. В тридцать шесть — вторая, под аренду. Сама. Без помощи «волшебных принцев».
Светлана в это время металась между мужчинами. Один сулил виллу, другой — бриллианты, третий скрылся с её же машиной. А Кристина… росла меж чужих людей: няни, бабушки, редкие визиты к «дяде Коле».
Маргарита любила племянницу. Водила в парки, учила таблице умножения, дарила книги. Но девочка взрослела, становясь холодной копией матери. Смотрела на тётю как на скучную затворницу.
— Почему ты одна? — как-то спросила Кристина. — Так скучно же — работа да дом.
— А как надо? — удивилась Маргарита.
— Ну, с мужчиной… — та уткнулась в телефон.
Тогда Маргарита поняла: племянница не считает её жизнь достойной. Не приняла. Не одобрила. А теперь пришли требовать. Не просить — забирать.
Потому что удобно.
Потому что у Маргариты две квартиры, а у Светланы — две вечные обиды: на судьбу и на сестру, которая «жадничает».
После ссоры Маргарите снился длинный коридор. С каждой хлопнувшей дверью исчезала часть её мира: кухня, спальня, шкаф… Осталась лишь табуретка в пустоте. Как в сказке про старуху и корыто.
Она сидела у окна, заваривая кофе. Тишина. Ни радио, ни звонков. И вдруг накатила ярость. Не на сестру — на всю эту наглую логику: «У тебя есть — отдай. Тебе легко — поделись».
Но кто спросил, каково это — двадцать лет без отпуска? Сотни ночей с отчётами? Страх перед просрочкой по кредиту?
Загрохотал телефон. СМС от Светланы:
«Подумай ещё. Кристина может платить за коммуналку. Ей правда тяжело. Я бы в ипотеку, но не потяну. Подумай как женщина. Ты ведь ей тётя».
Маргарита сжала телефон.
«Как женщина… — мысленно переспросила она. — То есть как безотказная дура?»
Нет. Женщина — та, что умеет говорить «нет». Даже родне. Даже ценой одиночества.
Она выключила гаджет и принялась мыть окна. На улице пахло весной. Настоящей.
— Тётя Рита, здравствуйте… — голос звучал фальшиво.
Кристина стояла на пороге в лисьей шубке, с коробкой конфет и папкой в руках. Маргарита знала: сладости — предвестник просьб.
— Заходи. — Она отступила в сторону.
— Я хотела поговорить… Без ссор.
Они сели в гостиной. Кристина поставила конфеты, но не развязала ленту. На всякий случай.
— Мама переживает… Но вы же понимаете: аренда — неподъёмно. А вы — семья. Единственные.
