Наутро беда пришла с неожиданной стороны. Пока Ольга доила Зорьку, дети ворвались в огород. К полудню были вытоптаны грядки с редким сортом ремонтантной клубники «Царица Севера», которую Ольга три года выращивала из семян.
— Вы с ума сошли?! — впервые за много лет она повысила голос на детей. — Это же не игрушки!
Людмила, услышав шум, вышла на крыльцо с чашкой кофе:
— Оленька, да успокойся! Ты же сама виновата — зачем сажаешь хрупкое там, где дети бегают?
Василий, наблюдавший за сценой из окна, хлопнул дверью. Он молча взял лопату и отправился копать траншею для нового дренажа — лишь бы не сорваться.
Кризис в отношениях наступил на четвертый день. Ольга, возвращаясь из леса с корзиной опят, застыла в ужасе: Антошка и Стёпа тыкали в Зорьку палкой, пытаясь засунуть ей в рот полиэтиленовый пакет.
— Да вы что, дурачки?! — она отшвырнула палку. — Это же смертельно!
— Мы хотели посмотреть, как она его жуёт! — захныкал Стёпа.
Ольга ворвалась в дом, где Людмила листала журнал на диване:
— Собирай вещи. Сейчас же.
— Ты шутишь? — сестра приподняла бровь.
— Твои ублюдки чуть не убили корову! Хватит!
Людмила фыркнула, но, увидев стальные глаза Ольги, засуетилась. Через час микроавтобус был у калитки.
— Игорь, загружай банки из погреба! — скомандовала Людмила. — Бери только солёные грузди и малиновое варенье!
— Это что ещё?! — Ольга перекрыла путь к сараю.
— Компенсация за испорченные нервы! — фальшиво всхлипнула Людмила. — Ты же не жадная?
Василий, молчавший до этого, шагнул вперёд, сжимая в руке топорище.
— Положите банки. Сейчас же.
Зять побледнел и отступил. Микроавтобус умчался, оставляя за собой шлейф проклятий.
Вечером, сидя на веранде, Ольга гладила Тузика. В саду цвела сирень, в пруду плескались карпы, а из распахнутого окна кухни доносился запах пирогов с ревнем — Василий, желая её порадовать, сам взялся за стряпню.
— Знаешь, — сказала она, прижимаясь к мужу, — я сегодня поняла: семья — это не кровь. Это те, кто не превращает твой дом в цирк.
Василий кивнул, поправляя одеяло на её плечах. Где-то за рекой кричали журавли, предвещая ясный день.
