— Заказчик всегда прав. Так что давай, рисуй, — Феликс уселся на пластмассовый складной стул, предназначенный специально для заказчиков и закинул ногу на ногу. Вале вдруг стало весело:
— Ну, хорошо. Вы сами напросились! — карандаш быстро бегал по листку бумаги, девушка то и дело пыталась скрыть свою улыбку, а Феликс, не отрывая глаз смотрел на Валентину. Когда работа была готова, преподаватель увидел на листке А4 свою карикатуру. Сначала Феликс нахмурился, а затем подмигнул Валентине:
— Ну, что же, получилось гораздо симпатичнее чем-то, что я вижу каждый день в зеркале, — молодой человек громко засмеялся, Валентина, тоже, не выдержала и разразилась громким смехом.
А потом они долго гуляли в парке, ели мороженое в придорожном кафе и разговаривали, разговаривали, разговаривали…. Валентина узнала все, о жизни человека, который однажды спас ее от пожара. Узнала она и о том, что он уже восемь лет женат. Когда он женился, его жена уже была больна, но она и сама ещё об этом не знала. Через несколько лет после свадьбы признаки болезни вызванные нарушениями в работе иммунной системы, начали проявляться. Вот уже четвёртый год Феликс пытается вылечить жену, но ничего не получается. Ольга слабеет, ей становится хуже и она уже с трудом передвигается только по комнате. И дальше будет сложнее.
Валентина слушала Феликса, нахмурив брови. Ещё 10 минут назад она думала что между ними всё возможно, а эти последние слова — рассказ о его жене, и зачеркнули все ее мечты и планы. Вечером молодые люди расстались. Валентина дала себе клятву, что забудет Феликса, вычеркнет его из сердца, станет относиться к нему только лишь, как к преподавателю, но ничего не получалось. Ее тянуло к нему как магнитом. Все чаще она замечала, что и Феликс неравнодушен к ней.
Во время занятий в мастерской, он то и дело подходил к ее мольберту, касался ее руки, плеча, словно случайно. Но она знала — всё не случайно! А однажды, когда они остались одни в мастерской, он не выдержал и поцеловал ее, а Валя ответила на поцелуй. Все могло завершиться ошибкой, которую не следовало допускать. Что делать — этого Валентина не знала. Начали появляться мысли, чтобы забрать документы из Академии. Этими своими мыслями Валентина поделилась с соседкой по комнате:
— Эх, Валюха, какое же ты еще дитя! — усмехнулась Вера, — исходя из моего опыта, хочу тебе сказать, что женатики вечно прикрываются «больными женами» и «маленькими детьми». Не верь ему. Ему от тебя только одно надо!
— Что ему надо? Ничего ему от меня не надо, — растерялась Валентина.
— Ну? Вот видишь! Я же говорю, ребенок ты еще в любовных делах, Валечка! — закатила глаза Якутина, которая была всего лишь на год старше Валентины, но почему-то себя считала безумно опытной.
