***
Первые три будних дня прошли на удивление спокойно. Линда старалась придерживаться тактики невмешательства. Она возвращалась с работы, молча вставала к плите, готовила ужин, прибиралась в квартире, стараясь не обращать внимания на язвительные комментарии и нравоучения Ираиды Германовны. Она надеялась, что эта показная покорность поможет хоть немного сгладить острые углы. Но в душе у неё зрело недовольство и копилась обида. В четверг случилось то, что окончательно вывело Линду из равновесия. Ей пришлось взять с собой домой важный отчёт, который нужно было закончить к утру. Она сидела над цифрами до четырёх часов утра, едва не засыпая за столом. Готовые документы Линда оставила на журнальном столике в гостиной, решив, что утром, перед работой, ещё раз всё перепроверит. Проснулась Линда в восемь часов утра, в панике осознав, что проспала. Она вскочила с кровати и побежала в ванную, чтобы быстро привести себя в порядок. А затем, выскочив из ванной, направилась в уборную. И тут её словно громом поразило. В углу комнаты ровной стопочкой лежали… обрезки её отчёта. Листы были аккуратно разрезаны на четыре части. Линда застыла в оцепенении, не веря своим глазам. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать масштаб произошедшего. Линда рассвирепела. Она сразу догадалась, чьих это рук дело. Кроме свекрови, в квартире никого не было, кто мог бы совершить подобное варварство. Линда рванула в спальню к маменькин мужа. Ираида Германовна мирно посапывала в своей постели. Линда грубо толкнула её в плечо. — Вставайте! — закричала она, с трудом сдерживая гнев, — это вы сделали? Ираида Германовна открыла глаза и сонным голосом спросила:
