Коля приехал через час. Маша наблюдала с лоджии, как он вышел из машины и направился к матери. Та подскочила, начала что-то говорить ему, размахивая руками. Коля выслушал, кивнул и направился в сторону дома. Ольга Богдановна пошла за ним, но он остановил её у подъезда. Маша слышала только обрывки разговора, но этого хватило, чтобы понять: свекровь хочет поселиться у них.
— Мать хочет жить у нас, потому что Лариса с детьми вернулась в её квартиру, — сказал Коля, входя в квартиру. — Сестра развелась с мужем, он выгнал их из дома. Теперь они все втроём — Лариса и её три сына — живут у мамы. Мать говорит, что им там тесно. Шумно. А у нас, мол, просторнее и тише…
Маша скрестила руки на груди.
— Интересно, — медленно проговорила она, — нас тоже четверо. И у нас тоже трёшка. Почему же твоей матери не пришло в голову оставить квартиру Ларисе, а самой переехать к нам?
— Не знаю, — Коля опустил глаза. — Может, она просто хочет немного передохнуть… хотя бы переночевать. А утром уедет.
— А я уже всё решила, — твёрдо произнесла Маша. — Ноги Ольги Богдановны в этой квартире не будет. Если тебя это не устраивает — подавай на развод.
Коля опешил:
— Маш… ты серьёзно?
— Более чем. Я не хочу видеть эту женщину, слышать её голос и даже вспоминать о ней. Может, у тебя короткая память, но у меня память хорошая. Ты забыл, как два года назад у нас прорвало отопление, и мы поехали к ней? Помнишь, как она держала нас на улице два часа, пока ты не пообещал платить ей как за аренду?
Маша шагнула к нему ближе, её голос стал холодным:
— У тебя была доля в той квартире, Коля. А у меня — восемь месяцев беременности. И что? Она впустила нас только тогда, когда ты ей в руки деньги сунул. А как она меня унижала, пока мы там жили? Время на кухне распределяла, к стиралке не подпускала, в туалете стояла у двери и стучала: «Выходи скорее, не твой это дом», — помнишь?
Коля виновато отвёл взгляд.
— Да… было дело…
— А как она нас выгнала с двухнедельной Алиной, потому что ей ребёнок мешает? — продолжила Маша. — Я тогда поехала к родителям в посёлок, а ты ночевал у друзей. Работал на износ, чтобы снять нам новую квартиру.
Коля тяжело вздохнул:
— Маш, я не прошу, чтобы она у нас жила. Но переночевать хотя бы. До шести электрички ещё ходят. Завтра уже будет дома.
Маша качнула головой:
— Ты в детстве сказку читал про лису с ледяной избушкой?
— Ну да, конечно.
— Видимо, плохо читал. Или выводов не сделал. А я тебе освежу память. Твоя мать уже однажды вломилась в нашу съёмную квартиру и устроила такой скандал, что нас чуть не выселили. Кричала, что раз ты зарегистрирован в её квартире, то обязан платить часть коммуналки. А я тогда в декрете, мы сводили концы с концами. Если бы не помощь моих родителей…
Она на секунду замолчала, потом продолжила:
— Ты забыл, как она на улице потом нас всех грязью поливала? Как детей твоих назвала? Алине шесть лет было, она плакала весь вечер, её во дворе дразнили… И ты сейчас хочешь, чтобы она снова здесь появилась и Алина с Петей с ней жили в одной квартире?
