— Стыдно! Это же дети сестры, родные твои племянники! — заявила мать.
— Мама, а она сама, чем думала? Она разве не знает, что тебе самой жить не на что? — задала встречный вопрос Лада.
— Какая же ты у меня меркантильная выросла! Даже не ожидала от тебя, — разочарованно произнесла мать в трубку телефона. — Чтобы такое мне заявить… Уму непостижимо! У тебя только деньги на уме что ли? Человеческие отношения, родственные, для тебя что-нибудь значат?
Лада ничего не ответила и, тихо попрощавшись с матерью, прервала разговор.
— Сумасшедший дом какой-то! — в сердцах сказала она, положив телефон на стол. — Мама ломает комедию… И ведь сама же в это верит, вот что обидно. Всё шиворот-навыворот вывернула!
— Мама, а мы поедем сегодня в гипермаркет выбирать обои в мою комнату? — спросила пятилетняя Ярослава, дочь Лады.
— Поедем, вот только папу дождёмся с работы.
— Он не захочет… Скажет «я устал», «там пробки» или ещё что-нибудь… — разочаровано проговорила девочка и умоляюще сложив ладошки, добавила: — А я так хочу поехать!
— А мы поедем на моей машине, — Лада хитро подмигнула дочери. — Я уже отдохнула после работы и могу сесть за руль.
— Твоя машина маленькая, — заявила Яся.
— Ну, уж обои туда обязательно поместятся, — улыбнувшись, пообещала Лада.
На самом деле ей сегодня никуда уже не хотелось ехать. После разговора с матерью Лада была расстроена.
Только малышка Ярослава уже три дня ждала этой поездки. Она обожала ездить на машине в крупные магазины, особенно ей полюбился строительный гипремаркет. Наверное потому что, во-первых, Яся очень любила поездки, а магазин находился за городом и туда нужно было ехать минут сорок, во-вторых, маркет был такой большой, а тележки такие огромные, что Ясю родители катали по торговому залу прямо в одной из них, и девочке это безумно нравилось, а в третьих, как заявляла Яся, «там вкусно пахло ремонтом». А ремонт малышка тоже обожала. И сейчас он намечался именно в её комнате, что было для неё вдвойне волнительно. Поэтому она, сидя за кухонным столом, сосредоточенно сопя и поминутно вздыхая, собирала мозаику, терпеливо ожидая отца.
Лада же не находила себе места от злости. Она металась по кухне, порываясь делать сто дел одновременно. То хватала тряпку и протирала столешницу, которая была и так чистая, то принималась разбираться на полке, где теснились баночки с крупами. То залезала на стул, чтобы поставить на самую верхнюю полку то, что по её мнению было не нужно.
— Выкинуть вообще эту кастрюлю! И другую тоже! У неё же эмаль отбита, — тихонько сердилась она, бормоча себе под нос, шумно переставляя кастрюли и разную утварь. — А это зачем? А это? Всё выкинуть!
— Мама, а в чём же мы будем варить суп? — спросила Яся, подняв на маму удивлённые глаза.
Лада улыбнулась, посмотрев на дочь, и подумала о том, что малышка права и кастрюля тут ни при чём. А виновата во всем Ида!
