А ещё Лена была очень красивой девушкой изящного телосложения. Она иногда шутила про себя, что мало ела в детстве и потому не выросла. Катя всегда качала головой на такие шутки подруги, потому что жалела её и понимала, чтО за этими словами стоит.
А познакомились они на работе. Катя тоже работала зубным техником. Они изготавливали зубные протезы и ортодонтические аппараты.
***
— Ну и что, твой красавчик? Уже в кусты спрятался? — спросила Катя Лену.
— Мне от него ничего не надо. Ничего. Я накопила денег, я справлюсь. Вот, видишь, а ты всё спрашивала, отчего я не езжу на отдых и не покупаю себе много вещей? Видишь, как жизнь повернулась? — горячо отвечала Лена.
— Да она бы не повернулась так, если б… Да как только таких земля носит! — возмущалась Катя, морща брови от злости.
— Он не виноват. Это моя вина. Это я приём таблеток пропустила. А он… Знаешь, он сразу сказал, что не собирается на мне жениться, и вообще ни на ком не собирается жениться и скоро переезжает в другой город. Один. Образ жизни у него такой, философия. Ну, знаешь это вот как люди, бывают кочевые народы и оседлые. Оседлые обживаются, создают семью и быт. А кочевые всё кочуют, перемещаются, меняя местоположение… И так всю жизнь.
— Ишь, как красиво ты его охарактеризовала! А на деле, состарится этот кочевой, красота его померкнет и станет он никому не нужен. Не перед кем будет ему штанами трясти! Фу! Павлин! Семью он не хочет, детей не хочет… да кому ты нужен, чтобы детей ещё от тебя рожать! — горячо проговорила Катя и осеклась, посмотрев на подругу. — Извини…
— Денег он зарабатывает достаточно. Работает удалённо, в офис ходить не надо. Живи, да радуйся, получай от жизни удовольствие. Сам себе хозяин, сам себе слуга. Мы хорошо проводили время вместе. Он красиво ухаживал: дарил мне подарки, водил в ресторан. Я с самого начала знала, что наши отношения временные. А ребёнок… Я рожу его. И подниму. Сама. Я чувствую, что родится сын. Я знаю это, — сказала Лена и положила руку на свой ещё плоский живот.
Катя молчала. Что тут скажешь?
— Он уговаривал меня сделать або.рт, — тихо произнесла Лена. — Я наотрез отказалась. Я не могу. Понимаешь? Не могу… Пришлось заверить его, что претензий к нему иметь никогда не буду. В отцы записывать не собираюсь. Алименты тоже не потребую.
— Ишь, как ему шоколадно-то вышло! — не смогла сдержаться Катя. — Взятки гладки, гуляй дальше, порхай как бабочка-баобабочка. Тебе тридцать, а ему между тем, сорок лет, ты говорила. Пора бы и остепениться. Чем ты плоха для него? Молодая, красивая. И ребёнка ему скоро родишь, сына! Но нет!
Лена, слушая горячую речь подруги, задумчиво смотрела в окно и молчала. Катя, глядя на подругу, отмечала, что ей необыкновенно шла беременность. Лена словно светилась изнутри тёплым магическим светом.
***
