Катя пришла из школы и увидела на вешалке в прихожей мамино пальто. Сапоги её тоже были на месте. Девочка удивилась, ведь в это время мама должна быть на работе. Она быстро разделась и вошла в комнату.
Мама лежала на диване, отвернувшись к стене, в одежде, в которой утром ушла на работу.
— Мам, — позвала Катя. — Мама-а.
Мама повернула голову и через плечо посмотрела на дочь.
— Ты заболела? — спросила Катя.
Мама не ответила и снова отвернулась к стене. Катя успела заметить опухшие от слёз глаза. Она поняла, что что-то случилось, но спросить побоялась. Потоптавшись ещё немного у дивана, Катя ушла в свою комнату.
Она достала из рюкзака учебники и тетрадки, но решила сначала поесть, а уж потом садиться за уроки. При мысли о еде в животе заурчало. Катя уже поела и пила чай, когда на кухню пришла мама, села за стол и поёжилась, словно её знобило.
— Сейчас я тебе горячего чая налью. — Катя быстро вышла из-за стола, налила в мамину чашку чай, положила две чайные ложки сахара и поставила перед мамой.
— Может, парацетамол принести? — с готовностью предложила Катя.
-Не надо, — сказала мама, почти не размыкая губ, словно с трудом выталкивала из себя слова.
Она обняла ладонями чашку, будто хотела согреть руки.
— Ты простыла? У тебя что-то болит? — осмелев, спросила Катя, усаживаясь снова за стол.
Мама не ответила. От её молчания Кате стало тревожно. Мама взяла ложечку и начала размешивать в чашке сахарный песок. Сначала медленно, ложечка ритмично постукивала о стенки чашки. Потом мама стала размешивать всё убыстряя темп, ложка стучала всё громче, а чай того и гляди выплеснется из чашки.
— Мама, хватит! — испуганно крикнула Катя.
От неожиданности рука мамы дёрнулась, чай выплеснулся из чашки, попав ей на руку. Мама отдёрнула руку и чуть не опрокинула чашку. На столе образовалась коричневая лужа.
— Я сейчас вытру, — Катя подскочила к раковине, взяла губку и вытерла пролитый чай.
— Папа ушёл, — сказала вдруг мама.
Катя замерла с губкой в руке.
— Он совсем ушёл, — сказала мама. — Она упёрлась локтями в поверхность стола, закрыла ладонями лицо и заплакала.
Катя бросила губку в раковину, подошла и обняла маму. Под её руками плечи и спина мамы крупно затряслись.
— Не плачь, мамочка.
— Он ушёл, понимаешь? Совсем. К другой женщине ушёл. — Голос через ладони звучал глухо.
Наконец, Катя всё поняла. Поняла, из-за чего родители часто ругались в последнее время. Свою маму Катя любила, но не считала её красивой. Она не красила губы и ресницы, одевалась в скромную невзрачную одежду, а волосы не завивала, а закалывала в пучок на затылке.
Вот у Лены мама ходила по дому в красном шёлковом халате в жёлтых розах, завивала волосы, красила ресницы и губы даже дома. Когда она садилась на диван, полы халата распахивались, открывая округлые колени и стройные ноги. Кате Ленина мама казалась самой красивой и привлекательной.
Однажды они после школы делали кроки у Лены дома, когда с работы пришёл папа. Он держал в руках букет цветов и улыбался.
