Мама засуетилась, накрывая на стол. Павел ел с аппетитом, не обращая внимания, что Полина и мама не сводят с него глаз.
— Мам, кто пришёл? — крикнул Сережа из своей комнаты.
Полина тут же выскочила из-за стола.
— Можно с тобой? — спросил Павел.
Полина не знала, как отказать. Они вместе зашли к нему. Полина словно увидела сына глазами Павла — на бледном лице блюдца глаз в обрамлении синеватых кругов, бескровные губы. «Какой же он худой, измученный», — подумала она, и её сердце сжалось от тревоги и боли.
— Как ты? Я Павел, а ты Серёжа?
— А вы кто? — спросил мальчик.
— Я мамин начальник.
— Вы не уволите маму? — беспокойно спросил мальчик.
— Кто тебе сказал такое?
— Мама говорила, что её постоянно нет на работе из-за меня, что вы вправе её уволить.
— Нет, не уволю. Наоборот. Я поговорил с московской клиникой, они пообещали в ближайшее время сделать тебе операцию. Так что скоро ты будешь бегать. Потерпи немного.
Сережа внимательно смотрел на Павла.
— А деньги?
— Будут и деньги. А сейчас мне надо поговорить с твоей мамой. — И они с Полиной вышли из Серёжиной комнаты.
— Скажи, ведь Сережа мой сын? Эта фотография… — Павел снова посмотрел на снимок на полке. — В первую минуту мне даже показалось, что это я. Мы похожи, только слепой этого не заметит. Вот пробирка, возьми у сына материал изо рта на экспертизу. Если результат подтвердит, что Серёжа мой сын, я смогу стать его донором. Я уверен в этом.
— Ты не должен… — начала Полина.
— Ты хочешь вылечить сына? Я подожду, иди. Я отвезу материал в лабораторию, сделают быстро, я договорился. Деньги будут.
Полина растерянно смотрела на Павла. За его спиной мелькнуло мамино лицо. Она подавала Полине знаки, чтобы та пошла с пробиркой к Серёже. Полина зажала рот рукой, чтобы не разреветься в голос и ушла, но вскоре вернулась.
— Он Сережин отец? Слава Богу. Поленька, я даже боюсь верить, что у нас получится, — заплакала мама, когда Павел ушёл.
— Это мой отец, да? Я слышал, — сказал Серёжа, когда Полина зашла к нему. — Он согласился быть моим донором?
— Всё-то ты слышишь, всё-то понимаешь, — сказала Полина, поправляя одеяло на сыне.
— Больные дети рано взрослеют, — совсем по-взрослому сказал Серёжа.
— Есть хочешь?
— Бабушка меня кормила. Я не сержусь, что ты мне наврала, что он погиб. Ты его любила? Почему он пришёл только сейчас?
— Ты задаёшь слишком много вопросов. Сон — это лекарство. Теперь всё будет хорошо. Спи.
Через два дня они уже ехали в Москву. На разложенных позади сиденьях спал Серёжа. А Павел с Полиной тихо переговаривались. Он рассказывал о себе. Родители женили его на дочери партнёра отца. Но молодые люди не любили друг друга. Промучившись несколько лет, не обзаведясь наследниками, они легко расстались. Отец злился, не хотел видеть Павла и сослал его подальше.
Полина рассказывала, как ждала его тогда, в университете, как узнала, что беременная…
— Спасибо тебе, — сказала Полина, подъезжая к Москве.
— Пока рано меня благодарить. После скажешь, когда всё будет позади.
